47 цитат из книги «Вениамин Каверин. Перед зеркалом» — топ по популярности

Ниже 47 цитат из книги «Вениамин Каверин. Перед зеркалом»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Мужчина любит в женщине себя, то есть создание своей воли и воображения.

   Мужчина любит в женщине себя, то есть создание своей воли и воображения.

   — Елизавета Николаевна Тураева · книга
2. «

   Между нами — дружба, но прошлое ещё слишком близко.

   Между нами — дружба, но прошлое ещё слишком близко.
3. «

   Посторонние мысли, как известно, вредны для работы. В особенности когда невозможно сделать их непосторонними или даже главными.

   Посторонние мысли, как известно, вредны для работы. В особенности когда невозможно сделать их непосторонними или даже главными.

   — Елизавета Николаевна Тураева · книга
4. «

   Набережную трудно изменить, поскольку она слагается из неба, берега и моря.

   Набережную трудно изменить, поскольку она слагается из неба, берега и моря.
5. «

   Есть две ревности: одна — ложь самому себе, своему сердцу, другая — ложь в других.

   Есть две ревности: одна — ложь самому себе, своему сердцу, другая — ложь в других.
6. «

   Мне давно стало ясно, что Вы решились не шутить с жизнью, а победить её, раз уж судьба Вам её подарила.

   Мне давно стало ясно, что Вы решились не шутить с жизнью, а победить её, раз уж судьба Вам её подарила.
7. «

   Лежу и думаю о том, что любовь — это, в сущности, простейший способ познания мира и что подлинную сущность человека видит только тот, кто действительно любит. Кто писал о «музыке души»? Её-то и слышит тот, кто любит. А все другие слышат в лучшем случае гаммы, а то и уличный шум...

   Лежу и думаю о том, что любовь — это, в сущности, простейший способ познания мира и что подлинную сущность человека видит только тот, кто действительно любит. Кто писал о «музыке души»? Её-то и слышит тот, кто любит. А все другие слышат в лучшем случае гаммы, а то и уличный шум...
8. «

   Слишком много опыта было и мало счастья. В этом опыте, кстати сказать, таится убеждение, что с годами женщина входит во вкус семейной жизни, а мужчина теряет этот вкус.

   Слишком много опыта было и мало счастья. В этом опыте, кстати сказать, таится убеждение, что с годами женщина входит во вкус семейной жизни, а мужчина теряет этот вкус.
9. «

   Мужчина и женщина, говоря на одном языке, вкладывают совершенно различный смысл в то, что они говорят.

   Мужчина и женщина, говоря на одном языке, вкладывают совершенно различный смысл в то, что они говорят.
10. «

    Но можно ли найти себя без поисков и, следовательно, без участия сердца?

    Но можно ли найти себя без поисков и, следовательно, без участия сердца?

    — Лиза Тураева · книга
11. «

    В обязанность дружбе полную искренность я не ставлю и сама всегда и во всём откровенной быть не хочу, так как у каждого есть своя «святая святых».

    В обязанность дружбе полную искренность я не ставлю и сама всегда и во всём откровенной быть не хочу, так как у каждого есть своя «святая святых».

    — Елизавета Николаевна Тураева · книга
12. «

    Задумываться над тем, зачем ты живёшь, может только человек, у которого есть для этого время.

    Задумываться над тем, зачем ты живёшь, может только человек, у которого есть для этого время.
13. «

    В метро, в автобусах я пишу тебе длинные письма, а когда возвращаюсь домой, усталая, трудно взяться за перо.

    В метро, в автобусах я пишу тебе длинные письма, а когда возвращаюсь домой, усталая, трудно взяться за перо.

    — Елизавета Николаевна Тураева · книга
14. «

    Любовь совсем не абстракция, а такая же вещественность, как голод или жажда! Такая же страсть, как опиум, от которой, говорят, нельзя излечиться.

    Любовь совсем не абстракция, а такая же вещественность, как голод или жажда! Такая же страсть, как опиум, от которой, говорят, нельзя излечиться.
15. «

    Устала я не от труда, а от борьбы с собственной душой. Не умею я применяться к жизни, всё хочется приложить к ней своё, а это «своё», воспитанное в мечтах, слишком хрупко и разлетается на куски при первом же столкновении.

    Устала я не от труда, а от борьбы с собственной душой. Не умею я применяться к жизни, всё хочется приложить к ней своё, а это «своё», воспитанное в мечтах, слишком хрупко и разлетается на куски при первом же столкновении.

    — Елизавета Николаевна Тураева · книга
16. «

    Кстати, не подумай, что я исключаю себя из числа ищущих «новое» в прошлом.

    Кстати, не подумай, что я исключаю себя из числа ищущих «новое» в прошлом.

    — Елизавета Николаевна Тураева · книга
17. «

    Вы доверяете своим зрительным впечатлениям, а нужно как-то отделываться от них, и чем скорее, тем лучше. Им можно доверять, когда мы, например, обедаем, чтобы не поднести ложку к уху. А перед картиной надо искать зрительные впечатления художника, а не ваши.

    Вы доверяете своим зрительным впечатлениям, а нужно как-то отделываться от них, и чем скорее, тем лучше. Им можно доверять, когда мы, например, обедаем, чтобы не поднести ложку к уху. А перед картиной надо искать зрительные впечатления художника, а не ваши.

    — Корн · книга
18. «

    Нет ничего убедительнее собственного примера.

    Нет ничего убедительнее собственного примера.
19. «

    Отец уже на сборном пункте, и хотя он — офицер, мне всё-таки кажется нелепым и необъяснимым, что этот добрый, робкий, всю жизнь страдавший от застенчивости человек будет изо всех сил стараться убивать других людей и что для всех нас это стало теперь самым важным делом на свете.

    Отец уже на сборном пункте, и хотя он — офицер, мне всё-таки кажется нелепым и необъяснимым, что этот добрый, робкий, всю жизнь страдавший от застенчивости человек будет изо всех сил стараться убивать других людей и что для всех нас это стало теперь самым важным делом на свете.

    — Елизавета Николаевна Тураева · книга
20. «

    Жалею ли я? Не знаю. Ведь это был шаг в неизвестность, который привлекал меня именно потому, что, шагая, я не знала, ступлю ли я на твёрдую землю. И не ступила. Не земля у меня под ногами, а плот.

    Жалею ли я? Не знаю. Ведь это был шаг в неизвестность, который привлекал меня именно потому, что, шагая, я не знала, ступлю ли я на твёрдую землю. И не ступила. Не земля у меня под ногами, а плот.