109 известных цитат из книги «Виктор Гюго. Девяносто третий год»

Собрали 109 цитат из книги «Виктор Гюго. Девяносто третий год» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Человек — какое же это необъятное поле битвы! Мы отданы во власть богов, чудовищ, гигантов, чье имя — наши мысли.

   Человек — какое же это необъятное поле битвы! Мы отданы во власть богов, чудовищ, гигантов, чье имя — наши мысли.
2. «

   Одаривать — значит быть выше одариваемого.

   Одаривать — значит быть выше одариваемого.
3. «

   Если бывает на свете зрелище более горестное, чем горящий замок, то это зрелище горящей хижины.

   Если бывает на свете зрелище более горестное, чем горящий замок, то это зрелище горящей хижины.
4. «

   Симурдэн был совестью чистой, но угрюмой. Он носил в себе абсолют. Он был священником, а это не проходит даром. Тот, кто был священником, останется им до конца своих дней.

   Симурдэн был совестью чистой, но угрюмой. Он носил в себе абсолют. Он был священником, а это не проходит даром. Тот, кто был священником, останется им до конца своих дней.
5. «

   Можно ли заставить одержимую горем мать прислушаться к голосу рассудка? Материнство чем-то безысходно, с ним нельзя спорить.

   Можно ли заставить одержимую горем мать прислушаться к голосу рассудка? Материнство чем-то безысходно, с ним нельзя спорить.
6. «

   Но нет ничего опаснее постоянного обуздания чувств.

   Но нет ничего опаснее постоянного обуздания чувств.
7. «

   В истории встречаются грозные, никому не ведомые имена.

   В истории встречаются грозные, никому не ведомые имена.
8. «

   Кто ставит парус, ставит все на карту.

   Кто ставит парус, ставит все на карту.
9. «

   — Я хотел бы, чтобы творцом человека был Эвклид. — А я предпочел бы в этой роли Гомера. — Поэзия! Не верь поэтам!

   — Я хотел бы, чтобы творцом человека был Эвклид. — А я предпочел бы в этой роли Гомера. — Поэзия! Не верь поэтам!

   — Симурдэн · книга
10. «

    Страшно смотреть, когда горит дворец, но когда горит лачуга, сердце сжимается еще больней. Охваченная огнем хижина бедняка — что может быть ужасней!

    Страшно смотреть, когда горит дворец, но когда горит лачуга, сердце сжимается еще больней. Охваченная огнем хижина бедняка — что может быть ужасней!
11. «

    У богатых против нас есть одно преимущество — каждый день обедают. А еда человека сохраняет.

    У богатых против нас есть одно преимущество — каждый день обедают. А еда человека сохраняет.

    — Нищий · книга
12. «

    Симурдэн верил со всем своим неумолимым простодушием, что все совершающееся во имя торжества истины есть благо.

    Симурдэн верил со всем своим неумолимым простодушием, что все совершающееся во имя торжества истины есть благо.
13. «

    В каждой матери есть нечто, что ниже рассудка и в то же время выше его. Мать наделена особым чутьем. В ней живет могучая и неосознанная воля к созиданию, и эта воля ведет ее.

    В каждой матери есть нечто, что ниже рассудка и в то же время выше его. Мать наделена особым чутьем. В ней живет могучая и неосознанная воля к созиданию, и эта воля ведет ее.
14. «

    Нет на земле возвышенней песни, чем неясное лепетание человеческой души, вещающей устами младенца.

    Нет на земле возвышенней песни, чем неясное лепетание человеческой души, вещающей устами младенца.
15. «

    Гроза всегда знает, что делает. Сжигая один дуб, она оздоравливает весь лес.

    Гроза всегда знает, что делает. Сжигая один дуб, она оздоравливает весь лес.

    — Говэн · книга
16. «

    Одно лишнее слово может привести к бедствию.

    Одно лишнее слово может привести к бедствию.
17. «

    — Где мы сейчас, лоцман? — В руце божией.

    — Где мы сейчас, лоцман? — В руце божией.

    — Ла Вьевиль · книга
18. «

    Он напоминал кацика, весь с ног до головы в татуировке, где переплетались кресты и королевские лилии: на лице его с отвратительными, почти неестественно безобразными чертами запечатлелась душа, мало чем похожая на человеческую душу.

    Он напоминал кацика, весь с ног до головы в татуировке, где переплетались кресты и королевские лилии: на лице его с отвратительными, почти неестественно безобразными чертами запечатлелась душа, мало чем похожая на человеческую душу.
19. «

    Я не признаю человечности, которая уничтожает народы и мирволит деспотам.

    Я не признаю человечности, которая уничтожает народы и мирволит деспотам.

    — Робеспьер · книга
20. «

    В такие времена, как наши, милосердие может стать одной из форм измены.

    В такие времена, как наши, милосердие может стать одной из форм измены.

    — Симурдэн · книга