60 цитат из книги «Виктор Гюго. Девяносто третий год» — читаем и делимся

Собрали 60 цитат из книги «Виктор Гюго. Девяносто третий год» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Кажется подчас, что события могут гневаться.

   Кажется подчас, что события могут гневаться.
2. «

   Я узнал, что вас объявили вне закона. А что такое закон, раз можно быть вне его? Никак в толк не возьму. Вот я, что я — вне закона? Или наоборот? Ничего не понимаю. С голоду помереть это по закону выходит или нет?

   Я узнал, что вас объявили вне закона. А что такое закон, раз можно быть вне его? Никак в толк не возьму. Вот я, что я — вне закона? Или наоборот? Ничего не понимаю. С голоду помереть это по закону выходит или нет?

   — Нищий · книга
3. «

   Детство уже потому так неизъяснимо прекрасно, что на него можно излить все силы любви.

   Детство уже потому так неизъяснимо прекрасно, что на него можно излить все силы любви.
4. «

   Жестокосердные люди не могут верно служить великодушным идеям.

   Жестокосердные люди не могут верно служить великодушным идеям.

   — Говэн · книга
5. «

   Иные умы словно нарочно созданы для того, чтобы мешкать на полпути.

   Иные умы словно нарочно созданы для того, чтобы мешкать на полпути.
6. «

   Любому преступлению лестно, когда его направляет рука добродетели.

   Любому преступлению лестно, когда его направляет рука добродетели.
7. «

   У революции, как и у горы, есть свои подъемы и спуски, и на разных уровнях ее склонов можно видеть все разнообразные природы — от вечных льдов до весеннего цветка. Каждая зона творит людей себе на потребу: и таких, что живы солнцем, и таких, что живы громами.

   У революции, как и у горы, есть свои подъемы и спуски, и на разных уровнях ее склонов можно видеть все разнообразные природы — от вечных льдов до весеннего цветка. Каждая зона творит людей себе на потребу: и таких, что живы солнцем, и таких, что живы громами.
8. «

   Симурдэн верил со всем своим неумолимым простодушием, что все совершающееся во имя торжества истины есть благо.

   Симурдэн верил со всем своим неумолимым простодушием, что все совершающееся во имя торжества истины есть благо.
9. «

   Когда виновный признаёт свою вину, он спасает единственное, что стоит спасать — свою честь.

   Когда виновный признаёт свою вину, он спасает единственное, что стоит спасать — свою честь.

   — Говэн · книга
10. «

    Есть в сутках час, который справедливо было бы назвать часом безмолвия, безмятежный час, час предвечерний.

    Есть в сутках час, который справедливо было бы назвать часом безмолвия, безмятежный час, час предвечерний.
11. «

    У истории своя правда, а у легенд — своя. Правда легенд по самой своей природе совсем иная, нежели правда историческая. Правда легенд — это вымысел, итог которого — реальность. Впрочем и легенды и история обе идут к одной и той же цели — в образе преходящего человека представить вечночеловеческое.

    У истории своя правда, а у легенд — своя. Правда легенд по самой своей природе совсем иная, нежели правда историческая. Правда легенд — это вымысел, итог которого — реальность. Впрочем и легенды и история обе идут к одной и той же цели — в образе преходящего человека представить вечночеловеческое.
12. «

    Нет на земле возвышенней песни, чем неясное лепетание человеческой души, вещающей устами младенца.

    Нет на земле возвышенней песни, чем неясное лепетание человеческой души, вещающей устами младенца.
13. «

    Птица — поет, ребенок — лепечет. И то и другое — гимн. Невнятный, нечленораздельный, проникновенный. Но только птице не сужден тот печальный человеческий удел, что ждет ребенка.

    Птица — поет, ребенок — лепечет. И то и другое — гимн. Невнятный, нечленораздельный, проникновенный. Но только птице не сужден тот печальный человеческий удел, что ждет ребенка.
14. «

    Революция есть, по сути дела, форма той имманентной силы, которая теснит нас со всех сторон и которую мы зовем Необходимостью.

    Революция есть, по сути дела, форма той имманентной силы, которая теснит нас со всех сторон и которую мы зовем Необходимостью.
15. «

    Епископат принадлежал к числу тех революционных образований, что подобны образованиям вулканическим; в нем было всего понемножку: невежества, глупости, честности, героизма, гнева и — полицейских. Герцог Брауншвейгский держал там своих агентов. Там собирались люди, достойные украсить собою Спарту, и люди, достойные украсить собою каторжные галеры. Но большинство составляли честные безумцы.

    Епископат принадлежал к числу тех революционных образований, что подобны образованиям вулканическим; в нем было всего понемножку: невежества, глупости, честности, героизма, гнева и — полицейских. Герцог Брауншвейгский держал там своих агентов. Там собирались люди, достойные украсить собою Спарту, и люди, достойные украсить собою каторжные галеры. Но большинство составляли честные безумцы.
16. «

    «Стой!» — кричал океан земле, а варварство — цивилизации.

    «Стой!» — кричал океан земле, а варварство — цивилизации.
17. «

    Группа эта боролась с реакционерами. Ее породила та общественная потребность в насилии, которая является одной из самых грозных и самых загадочных сторон революции.

    Группа эта боролась с реакционерами. Ее породила та общественная потребность в насилии, которая является одной из самых грозных и самых загадочных сторон революции.
18. «

    Гроза всегда знает, что делает. Сжигая один дуб, она оздоравливает весь лес.

    Гроза всегда знает, что делает. Сжигая один дуб, она оздоравливает весь лес.

    — Говэн · книга
19. «

    — Что же может быть выше правосудия? — Справедливость.

    — Что же может быть выше правосудия? — Справедливость.

    — Симурден Говэн · книга
20. «

    За действия подчиненного отвечает начальник

    За действия подчиненного отвечает начальник

    — Говэн · книга