22 цитаты из книги «Жан-Батист Мольер. Ученые женщины» для статуса

22 цитаты из книги «Жан-Батист Мольер. Ученые женщины» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Я пробудить у вас хотела бы желанье Науки познавать, вкушать плоды познанья.

   Я пробудить у вас хотела бы желанье Науки познавать, вкушать плоды познанья.

   — Филаминта · книга
2. «

   Какую весть я вам принес, когда б вы знали! Опасности во сне мы грозной избежали. Совсем вблизи от нас светило пронеслось; Оно рассыпалось, пронзив наш вихрь насквозь. Столкнись оно с землей на линии орбиты, Земля бы, как стекло, была в куски разбита.

   Какую весть я вам принес, когда б вы знали! Опасности во сне мы грозной избежали. Совсем вблизи от нас светило пронеслось; Оно рассыпалось, пронзив наш вихрь насквозь. Столкнись оно с землей на линии орбиты, Земля бы, как стекло, была в куски разбита.

   — Триссотен · книга
3. «

   Он молод и хорош. И что за благодать Всучать ей умника, что рассуждает много? Ей мужа надобно, совсем не педагога.

   Он молод и хорош. И что за благодать Всучать ей умника, что рассуждает много? Ей мужа надобно, совсем не педагога.

   — Мартина · книга
4. «

   Зачем неосторожно так, В покое, убранном прелестно, Обласкан вами столь чудесно Был самый ваш жестокий враг?

   Зачем неосторожно так, В покое, убранном прелестно, Обласкан вами столь чудесно Был самый ваш жестокий враг?

   — Триссотен · книга
5. «

   Сумеет справиться душа с таким ударом: Я философией защищена недаром.

   Сумеет справиться душа с таким ударом: Я философией защищена недаром.

   — Арманда · книга
6. «

   Как! Вы не можете, хотя бы раз единый, Решиться до конца назвать себя мужчиной, Набраться храбрости, достоинства и сил. Чтоб твердо женщине сказать: «Я так решил!»?

   Как! Вы не можете, хотя бы раз единый, Решиться до конца назвать себя мужчиной, Набраться храбрости, достоинства и сил. Чтоб твердо женщине сказать: «Я так решил!»?

   — Арист · книга
7. «

   Латинским умникам нисколько я не рад, А Триссотен мне всех противней во сто крат. На всех его стихах лежит печать позора, И есть ли что в речах его помимо вздора? Все смысла ищут там, где смысла вовсе нет, А я так думаю, что спятил ваш поэт.

   Латинским умникам нисколько я не рад, А Триссотен мне всех противней во сто крат. На всех его стихах лежит печать позора, И есть ли что в речах его помимо вздора? Все смысла ищут там, где смысла вовсе нет, А я так думаю, что спятил ваш поэт.

   — Кризаль · книга
8. «

   К ученым спорам я не чувствую охоты. Люблю я жить легко, а лишь большим трудом Дается мастерство всегда блистать умом.

   К ученым спорам я не чувствую охоты. Люблю я жить легко, а лишь большим трудом Дается мастерство всегда блистать умом.

   — Генриетта · книга
9. «

   Таятся в знании заслуги без конца.

   Таятся в знании заслуги без конца.

   — Триссотен · книга
10. «

    Своими свойствами вы всех снабдить готовы.

    Своими свойствами вы всех снабдить готовы.

    — Триссотен · книга
11. «

    Чем мужу, как раба, смиренно покориться, Вы с философией вступите в брак, сестрица. Над человечеством подъемлет вас она, И разуму дает владычество сполна.

    Чем мужу, как раба, смиренно покориться, Вы с философией вступите в брак, сестрица. Над человечеством подъемлет вас она, И разуму дает владычество сполна.

    — Арманда · книга
12. «

    В стихах не смыслю я и признаю сама, Что не способна я ценить игру ума.

    В стихах не смыслю я и признаю сама, Что не способна я ценить игру ума.

    — Генриетта · книга
13. «

    В науке он теперь светило из светил, Он знает, кто о чем когда-то говорил, Он хлопал тридцать лет глазами и ушами, Он десять тысяч раз просиживал ночами, Латынь и греческий стараясь в мозг впихнуть И погрузив свой ум в ученейшую муть Всей ветхой чепухи, что лишь вмещают книги; Он знаньем пьян своим во все часы и миги.

    В науке он теперь светило из светил, Он знает, кто о чем когда-то говорил, Он хлопал тридцать лет глазами и ушами, Он десять тысяч раз просиживал ночами, Латынь и греческий стараясь в мозг впихнуть И погрузив свой ум в ученейшую муть Всей ветхой чепухи, что лишь вмещают книги; Он знаньем пьян своим во все часы и миги.

    — Клитандр · книга
14. «

    Хоть мысль сильнее чувств, но все ж прятно нам, Коль услаждает нас любовный фимиам. Поклонник не всегда угоден нам для брака, Но в свите рады мы его хранить, однако.

    Хоть мысль сильнее чувств, но все ж прятно нам, Коль услаждает нас любовный фимиам. Поклонник не всегда угоден нам для брака, Но в свите рады мы его хранить, однако.

    — Арманда · книга
15. «

    Нам слушать здесь стихи удобно и спокойно, В них слово каждое раздумия достойно.

    Нам слушать здесь стихи удобно и спокойно, В них слово каждое раздумия достойно.

    — Филаминта · книга
16. «

    В невежестве привык он находить усладу, И вызывает в нем наука лишь досаду.

    В невежестве привык он находить усладу, И вызывает в нем наука лишь досаду.

    — Филаминта · книга
17. «

    Незнанья право дать я женщине готов, Лишь не видать бы в ней мне страсти исступленной Ученой делаться лишь с тем, чтоб быть ученой.

    Незнанья право дать я женщине готов, Лишь не видать бы в ней мне страсти исступленной Ученой делаться лишь с тем, чтоб быть ученой.

    — Клитандр · книга
18. «

    Презрев материю и чувственное тело, Отдайте разуму себя, как мы, всецело.

    Презрев материю и чувственное тело, Отдайте разуму себя, как мы, всецело.

    — Арманда · книга
19. «

    Влюбленный трудится для тех, кто сердцу мил, Он хочет, чтоб ему весь мир благоволил. Чтоб пламени его никто не стал преградой, Ему с домашним псом и с тем сдружиться надо.

    Влюбленный трудится для тех, кто сердцу мил, Он хочет, чтоб ему весь мир благоволил. Чтоб пламени его никто не стал преградой, Ему с домашним псом и с тем сдружиться надо.

    — Генриетта · книга
20. «

    Да, мило мне невежество с тех пор, Как разглядел иных ученых я в упор.

    Да, мило мне невежество с тех пор, Как разглядел иных ученых я в упор.

    — Клитандр · книга