Как я попал в этот сон? Объясните! В окнах мелькал мой перрон. Остановите! В вашем мире к граниту ведут все открытия - Я здесь чужой, постой, дайте выйти мне!
Разве Я бы дерзнул, но в новизну В описании бездны глаз, тех в коих Я тону. Фразы так не любезны, слова всё лгут, И ну уместны песни с грустью, Струны как прут, О муза молю тебя, будь верной мне в труде сим сокровенном, Пусть внемлет того создания небесного, Позволь поведать ей насколько бедствую, Как трепетно мысли порхают когда рядом с ней, И кроме встречи Я не чаю прочих радостей, Отрада дней и ночей, мечты сладостные, Всё она, всё она одна, но как подойти, Не смею даже шепотом имя её вымолвить, Пусть тлеет душа робкая, лишь вижу её издали, Но мне довольно быть тенью попросту, Восхищаться голосом, любоваться поступью.
Мы мыслим чуть иначе, Чем иные, между прочим, Отточим то, чем мы богаче — То, что ты слышать хочешь! Мечем горящие мечи Методом, что утрачен, Причин и смысла не ищи — Мы мыслим чуть иначе!
Стрелки часов, словно нож. Сыплятся головы с плеч. В петле дорожной — авто, в метро — беспечный поток.. Им ничего не успеть. Времени нет, мы копим себе на шелка, Но чёрт съест даже древо креста. Грусть так пуста, желчью наполнен наш смех... Времени нет.
Поник Прасперо - Сотни глаз от изумления застыли - Горячая кровь остыла... И потекла уже не по жилам, А по смоляному ковру бархатного зала... И стало понятно, что пришла Красная Смерть - Она явилась якотать в ночи!.. И одним за другим падали гости В забрызганных кровью залах Веселия И умирали - Каждый в том исполненном отчаяния положении, В каком упал... И жизнь эбеновых часов кончилась Вместе с жизнью последнего из веселившихся... И огни треножников погасли... И тьма, и тлен, и Красная Смерть Обрели безграничную власть надо всем!
Это конец и как-то пусто внутри. Прошу, не мучай номер, Лучше сотри. Время пройдёт, Забуду как... ты могла любить. И, может, осознаю, Что нам этого не повторить.