Ты сейчас, действительно, напрасно плачешь. Для сердца черствого слезы ничего не значат. Просто я, как пачка дурных качеств. Словом, дело не в тебе, прощай. Удачи.
Чего ты хочешь, скажи, я мир переверну, мне хватит сил, сорву любую звезду. Не лгу, превращу металлы в лаву, камни — в пыль, укрощу свой пыл и славу. Буду нежным как прежде, безбрежно бережным, зверем бешеным, твоим сумасшедшим.
Если бы я был совершенно другим... Если... Но я вдыхаю дым, А ты любишь Рим. Всё так как есть. И здесь в городе на букву К Вечерами мы провожаем облака.
К чему, нахрен, эта клоунада?! Помои с TV льют в нас, Уже не глядя! Что же мы — быдло?! Ладно, быдло... Правда... Ужели никого нет, Чтобы вывести стадо?!
Нам снится бульвар, Усыпанный серебром, Где мы вдвоём Под фонарями Парижа, Где ночи морозные пишут на окнах отелей, И мы пьём горячие напитки прямо в постели. Где твои губы коснуться моих, Где скрипка плачет только для нас двоих. Там тихо тают свечи, звучит сопрано. Странно, мы просыпаемся Каждый день в новых странах.