14 ноября 2026, суббота
Раздел

Андрей Александрович Васильев. Ученики Ворона. Гробницы пяти магов

15 цитат

Не страшно умереть самому, страшно, когда по твоей вине умрут те, кто шёл за тобой.
Нет, правильно мне мой отец говорил — нет ничего хуже, чем вести за собой людей. Победа — общая, поражение — только твоё.
Удача — та ещё шлюха, если один раз улыбнулась бесплатно, то второй — вряд ли.
Никто из нас не знает точно, каковы пределы его воли и резервы силы. Наступит день — и вы сами всё поймете. Главное только, чтобы этот день не стал вашим последним днем.
Знания — они как вода. Напился — вроде как жажду утолил, и пузо как барабан от воды раздулось, но через полчаса глядь — и снова пить хочется.
Я иногда завидую мёртвым — они могут позволить себе вести абсолютно спокойный образ жизни. Лежи себе и ни о чём не думай. Не то, что мы, живые — всё куда-то бежим, спешим, о чём-то волнуемся. Суета, болезни, любовь, войны и всё остальные напасти, какие только есть на свете. А им — всё нипочём.
— Равах-ага · книга
Прав был мой отец — когда человек доволен делом рук своих, то даже в сумрачный день он видит солнце.
— Идрис · книга
Дурные деньги легко приходят и легко уходят. Потому сразу трать их либо на дельную вещь, либо на выпивку. Первое пригодится в жизни, второе приятно будет вспомнить.
— Карл Фальк · книга
«Кто обижается, а не мстит — тот долго не живёт», — так говорили в нашем квартале.
Не считай себя самым умным, понятно? Это верный путь в могилу. Запомни, парень — те, кто думают, что они самые умные, в лихой час, как правило, не знают, как действовать верно, потому как не могут найти согласия с самими собой. Они начинают перебирать варианты решения вопроса и в результате отправляются на тот свет, потому что стоят на месте, вместо того, чтобы бежать или драться. Правильно вбитые в мышцы рефлексы иногда куда полезнее, чем воз прочитанных книг.
— Агриппа · книга
Широкий, цвета парного мяса, шрам фактически разделил лицо нашей подруги на две части, он начинался на лбу и тянулся до шеи, проходя через пустую левую глазницу. Так что — работа хорошая, вот только смотреть на это страшно. Сильно страшно. Детское ещё, по сути, личико — и шрам, которым не всякий вояка похвастаться сможет. <...> — Да зеркало ей нужно, — пояснил нам, недоуменно переглядывающимся, Карл. — Вот вы тупые! Он повертел головой, углядел в углу туалетный столик с вделанным в него зеркалом и в два счета подтащил его к кровати, на которой сидела Луиза. Та спустила ноги на пол, приблизила лицо к зеркальной глади и внимательно вгляделась в неё. <...> — Посмотрела — и хватит. — Идрис с легкостью поднял столик и вернул его на старое место. — Пустое это всё. Я вот своей старухе все эти зеркала даже покупать запретил. Она в него глянет и начнётся: «У меня морщины, я стала толстая, ты у меня молодость отнял». Э! Глупости какие! Нет, это всё так, но для меня она всё та же стройная Гульнара, которую я много лет назад одной весенней ночью, у кярыза старого Рагута, первый раз спиной на травку уложил. Что зеркало? Это стекло, оно не живое, что в него глядеть? Вот здесь она у меня отразилась, один раз — и на всю жизнь. Вот здесь. И здесь она всегда будет такой — молодой и красивой. И Идрис несколько раз ткнул себя в грудь, туда, где билось его сердце.
— Карл Фальк · книга
— Ребята, Луиза правильно сказала — вам это зачем? И что идти у неё на поводу? Часики-то тик-так, а дорога-то ещё дальняя! Может — ну его? Закупимся продуктами — и в путь? - Грейси, ты в себе? — покрутила пальцем у виска Флоренс. — Турнир! Красавчики-рыцари в доспехах и на лошадках! — Термы и пирожные! — добавила Луиза. — Много свинины и пива! — вставил свое слово Карл. — И девки! Извиняюсь — достопримечательности Форнасиона. Я ведь жутко любознателен. Турнир мне и даром не нужен, а вот осмотреть эти... как их... Ну, вы поняли!
— Флоренс · книга
И даже холодное молчание Аманды не портило мне настроение. Ну, надулась она как мышь на крупу, ну, общается со всеми, кроме меня — и что? Даже не поговорила, ни о чём не спросила, только обнюхала да по морде ударила. Так тоже не делают, между прочим. Мало ли, где я мог духами пропахнуть? Может, я из огня шлюху спасал во время пожара, к груди её прижимал, вынося из пылающего дома, вот теперь ей и пахну? Ты сначала выясни детали, а потом уже нервы себе и другим поднимай.
- Традиции, — пожал плечами тот. — В наших краях на привалах сначала пьют лошади, потом мужчины, а уже потом женщины. Первые сами до воды добраться не всегда могут, вторые получили это право по своему положению, а третьи... — А третьих здесь за людей вообще не считают, — закончила за него Аманда. — Вы бы сказали по-другому, но смысл был бы именно этот. — Вообще-то я хотел сказать, что женщины умеют терпеть боль и лишения куда лучше мужчин, потому они пьют третьими, но ваше видение ситуации тоже имеет под собой кое-какую основу, — признал халифатец.
— Равах-ага · книга