Анджей Сапковский. Меч Предназначения

Нет Предназначения… Оно не существует. Единственное, что предназначено всем, — это смерть.

Ложь и правда. Что есть правда? Отрицание лжи? Или утверждение факта? А если факт – это ложь, что же тогда правда?

Баллады пишут не для того, чтобы в них верили. Их пишут, чтобы ими волновать.

Она была в этих предметах. Была в этом аромате. Но не было её.

Спорит либо дурак, либо подлец... Первый не знает, но спорит, второй же знает, но спорит.

Мне тоже известны такие, которые приятней отказывают, чем она даёт...

Есть дары, которые нельзя принимать, если ты не в состоянии ответить... чем-то, столь же ценным. В противном случае такой дар протечет сквозь пальцы, растает, словно осколок льда, зажатый в кулаке. Останутся только сожаление, чувство потери и вины…

Правда — это осколок льда.

Никогда не выпадает вторая оказия создать первое впечатление.

Мудрость — это, в частности, умение пропускать мимо ушей глупые или неискренние советы.

Войны ведут по двум причинам. Одна из них — власть, другая — деньги.

Легко убивать из лука, девочка. Так легко спустить тетиву и думать: мол, это не я, не я, а стрела. На моих руках нет крови того мальчика. Его убила стрела, а не я. Но стреле ничего не снится по ночам. Пусть и тебе ничего не снится по ночам, голубоглазая дриада.

Любить — значит не только брать, но и уметь отказываться от чего-то, жертвовать собою.

Когда захочешь покончить жизнь самоубийством, не впутывай в свои дела других. Просто повесься на вожжах в конюшне.

Принципы можно нарушить, страх — преодолеть.

— Расскажи мне сказку. <…> — Жил-был… кот, – начал он. – Такой обычный, полосатый мышелов. И однажды этот кот пошёл один-одинёшенек на дальнюю прогулку в страшенный тёмный лес. Ну шёл он, шёл… шёл… шёл… — Ты не думай, – проворчала Цири, прижимаясь к нему, – что я усну, прежде чем он дойдёт.