Артур Конан Дойл. Этюд в багровых тонах

Месть не сладка, если обидчик не поймет, от чьей руки он умирает и за что несет кару. По моему плану тот, кто причинил мне зло, должен был узнать, что расплачивается за старый грех.

Жизнь гораздо более удивительна, чем все, что способен создать человеческий разум.

— В нашем деле нельзя упускать ни единой возможности, хоть и самой малой. — Для великого ума мелочей не существует.

Гений — это бесконечная выносливость.

Где нет пищи воображению, там нет и страха.

Не важно, сколько вы сделали, главное — суметь убедить людей, что вы сделали много.

Человеческий мозг похож на маленький пустой чердак, который вы можете обставить, как хотите. Дурак натащит туда всякой рухляди, и полезные, нужные вещи уже некуда будет всунуть, или в лучшем случае до них не докопаешься. А человек толковый тщательно отбирает то, что он поместит в свой чердак. Он возьмет лишь то, что ему понадобиться для работы и все разложит в образцовом порядке. Напрасно люди думают, что у этой маленькой комнатки эластичные стены...

Человек, читающий что попало, редко может похвастаться глубиной своих знаний.

Голова предназначена не только для украшения, ею иногда надо думать.

Самое банальное преступление зачастую оказывается самым загадочным, потому что оно не сопровождается какими-то особенными обстоятельствами, которые могли бы стать почвой для умозаключений.

Помните, что говорит Дарвин о музыке? Он утверждает, что человечество научилось создавать музыку и наслаждаться ею гораздо раньше, чем обрело способность говорить. Быть может, оттого-то нас так глубоко волнует музыка. В наших душах сохранилась смутная память о тех туманных веках, когда мир переживал свое раннее детство.

Строить предположения, не зная всех обстоятельств дела, — крупнейшая ошибка. Это может повлиять на дальнейший ход рассуждений.

Теории, выдвигаемые с целью объяснения законов природы, должны быть уникальны как сама природа.

Глупец глупцу всегда внушает восхищенье.

На свете не было и нет человека, посвятившего раскрытию преступлений столько упорства и природного дара, как я.

Порочность жертвы не может оправдать убийцу в глазах закона.