Борис Акунин. Левиафан

Ну, немолода. Ну, не красавица. Зато не дура и с деньгами. А это гораздо лучше, чем немолодая глупая уродина без единого пенни за душой.

Беременность — такое таинство, которое учит бережно относиться к человеческому существованию.

Истинно счастливой супружеской паре дети вовсе не нужны, ибо мужу и жене вполне достаточно друг друга. Мужчина и женщина — как две неровные поверхности, каждая с буграми и вмятинами. Если поверхности прилегают друг к другу неплотно, то нужен клей, без него конструкцию, то бишь семью, не сохранить. Вот дети и есть тот самый клей. Если же поверхности совпали идеально, бугорок во впадинку, клей ни к чему.

Выпятить своё «я» или растворить его среди могучего «мы» — вот в чём противоположность Европы и Азии.

... Когда оказался в чужой компании, сиди, слушай, приятно улыбайся и время от времени кивай головой — прослывёшь воспитанным человеком и уж во всяком случае не скажешь ничего глупого.

...секрет женского счастья — умение вовремя перейти из одного возраста в другой, а возрастов у женщины три: дочь, жена и мать.

Одинок полёт Светлячка в ночи, Но в небе звёзды.

Мы с Фандориным-сан сравнивали достоинства японской и английской гимнастик. Я мог позволить себе быть снисходительным, так как превосходство Востока на Западом в этой сфере очевидно. Все дело в том, что у них физические упражнения — это sport, игра, а у нас — Путь к духовному самоусовершенствованию. Именно к духовному, потому что физическое совершенство не имеет значения и тащится следом само по себе, словно железнодорожный состав за паровозом.

Общая тайна, которой ни с кем другим нельзя поделиться, связывает прочнее общего дела или общего интереса.

Не уходите от истины, какой бы страшной она ни была, не прячьтесь за иллюзию! И главное, не казните себя... Это испытание, тяжкий экзамен, который устроила вам судьба. Я не знаю, зачем и кому нужно подвергать человека подобной жестокой проверке, но знаю одно: испытание необходимо выдержать. Иначе конец, распад души.

Жизнь человека — единое и цельное произведение, судить о котором можно лишь тогда, когда дочитана последняя страница. При этом произведение может быть длинным, как тетралогия, или коротким, как новелла. Однако кто возьмется утверждать, что толстый и пошлый роман непременно ценнее короткого, прекрасного стихотворения?

Европейцы — непревзойденные эксперты во всём, что касается умения, они превосходно знают как. Мы же, азиаты, обладаем мудростью, ибо понимаем, зачем.

Мужчины больше похожи на семейство псовых. Как известно, существа они примитивные и подразделяются на три основных типа: шакалы, овчарки и кобели. К каждому типу имеется свой подход. Шакал питается падалью — то есть предпочитает легкую добычу. Мужчины этого типа клюют на доступность. [...] Вторая категория мужчин обожает женщин слабых и беззащитных. Таких мужчин хлебом не корми — только дай спасти тебя и защитить. Хороший подвид, очень полезный и удобный в обращении. Здесь главное не переборщить с болезненностью — хворых женщин мужчины боятся. [...] Третий тип мужчин самый незамысловатый и начисто лишен воображения. Действует на них только нечто грубо-чувственное, вроде ненароком показанной лодыжки. С другой стороны, многие из великих людей и даже культурных светочей относятся именно к этой категории.

В отсутствии регулярного образования есть свои преимущества: не скованный авторитетами рассудок иногда способен делать интересные и верные наблюдения.

И даже слабость милого созданья В глазах любви достойна обожанья.

Воюя с мужчинами, применяй мужское оружие, а воюя с женщинами — женское. Вот самурайский кодекс чести, и в нем нет ничего гнусного, потому что женщины умеют воевать не хуже мужчин. Что противоречит чести мужчины-самурая, так это применять против женщин мужское оружие, а против мужчин — женское.