По существу, немалая часть тех, кто называл себя демократами, сделала ставку на единовластие лидера, нисколько не заботясь о легитимных процедурах, формах контроля за исполнительной властью, об упрочении роли закона. Именно недемократизм вошедших во власть демократов, которые продолжали к тому же использовать демократическую риторику, во многом явился причиной дискредитации демократических идеалов в России.
— Начал складываться демократический бомонд, — писал Владимир Кардин. — Незримо обособленная среда. Собственный круг. Вызывающе отважные презентации. Дерзкие — с гордо вскинутой головой — тосты на роскошных банкетах. Упоение заграничными вояжами. Короче: “Возьмемся за руки, друзья”, чтоб не пустить кого не надо... Смещены этические какие-то нормы. Будущая элита уж больно быстро почувствовала вкус привилегий.
...представители новой власти, часто назначенные им же люди, многие из которых были к нему [Ельцину Б. Н.] близки, стали превышать свои полномочия. Кроме того, они не смогли устоять перед вечным российским соблазном и начали энергично набивать свои карманы. Коррупция новой власти стала принимать невероятные размеры. Когда Гайдара спросили в феврале, что ему больше всего мешает, он не задумываясь ответил: «Коррупция в аппарате управления». Причем центральная и провинциальная бюрократия словно соревновались в поисках средств личного обогащения.
Ни та, ни другая ветвь власти так и не сумели сыграть роль цивилизованного противовеса друг другу, их лидеры не смогли свыкнуться с мыслью о разделении власти. С одной стороны, Хасбулатов постоянно претендовал на непререкаемое лидерство. С другой стороны, создавалось впечатление, что мысль о противовесах была совершенно невыносима для Ельцина. Он, видимо, даже представить не мог, как будет править, испрашивая согласие депутатов. Недаром в его мемуарах, приглаженных и тщательно отредактированных, в тех местах, где он рассуждает о конфликтах с парламентом и о своих противниках, прорывается неподдельное изумление: как вообще кто-то смеет посягать на его власть, как может кому-то прийти в голову требовать часть власти, которую Ельцин считал своей миссией, своим предназначением!
1992—1993 гг. запомнились нескончаемым противоборством между Ельциным и парламентом. Впрочем, это был общий фон тогдашней политики. Помимо основного «боксерского ринга» возникло множество других: все самозабвенно дрались друг с другом — и люди президента, и отдельные фракции, и бывшие ельцинские соратники, ставшие его противниками, и представители разношерстной оппозиции. Его величество Конфликт начал определять российские политические процессы. Вовлеченные в драку политики не видели нужды в поиске согласия, и вскоре сама борьба стала их основной, а кое для кого и единственной формой существования.
Более того, как и президент Ельцин, либерал-технократы повинны в том, что, используя реформаторскую риторику и одновременно участвуя в проведении не всегда реформаторского курса, они тем самым дискредитировали в России идею либеральной демократии.
...сколько раз, попадая в труднейшие ситуации, реформаторы успокаивали общество: ничего, прорвемся, завтра будет лучше. Вера в традиционное «авось» была чуть ли не лейтмотивом деятельности российских реформаторов.
Еще одно препятствие, осложняющее экономическую реформу при любом сценарии ее осуществления, — это патронажно-клиентелистские привычки, оказавшиеся неискоренимыми в политике, укрепившаяся в советский период способность к выживанию через посредство теневых отношений, уход в «серую зону», паразитирование на государстве.
В период с 1991 по сентябрь 1993 г. Россия впервые за долгое время получила политическую структуру, в которой были элементы противовесов и сама власть оказалась демонополизированной. Появились независимый парламент и Конституционный суд. Однако вскоре оказалось, что расчленение власти произошло до того, как возникшие правящие группы научились жить в условиях плюрализма, до того, как они научились договариваться. <...> Свою роль сыграли и амбиции лидеров парламента. Ментальность основных действующих лиц была схожей: их характеризовало стремление к монополии на власть и неспособность к диалогу. Личные качества лидеров и их советников, которые могли работать именно в конфронтационном режиме мышления и деятельности, оказали огромное влияние на ход борьбы и ее завершение.
По свидетельству очевидцев решение об атаке на Грозный в ночь с 31 декабря 1994 г. на 1 января 1995 г., окончившейся поражением российской армии и массовыми жертвами, было принято в ходе празднования дня рождения Грачева. Сама атака планировалась как подарок министру обороны и президенту. «Известия» по этому поводу писали: «Редакция получила информацию из военного источника из района боевых действий: “1 января день рождения Павла Грачева. Накануне Сосковец и один генерал (это был Михаил Барсуков. — Л. Ш.) приехали навестить его. Было празднование... Передовые получили приказ — те, кто возьмет президентский дворец, получит не менее трех звезд Героя. А потом... произошла кровавая баня под Новый год. Много было убитых — и чеченцев, и наших. Но дворец не был взят”.
Джохар Дудаев находился у власти почти три года. Все это время Чечня бесконтрольно качала нефть за рубеж. Даже если предположить, что черное золото продавалось по совершенно демпинговым ценам, сумма прибылей получается немалая. Что-то около полумиллиарда американских долларов. Понятно: тот, кто прикрывал в России этот неконституционный фонтан, заработал на жизнь столько, что ее можно повторить раз сто. По всей видимости, в какой-то момент Джохар почувствовал себя в силе и перестал делиться прибылями. И тут все вспомнили — и нарушение в Чечне прав человека, и сепаратизм, и захваты заложников, и фальшивые авизо, и засеянные коноплей поля... Осталось выяснить, кто именно стоял за спиной президента, пославшего войска разоружать незаконные бандформирования. Тогда нетрудно будет вычислить имена новых российских миллиардеров. Но этого мы никогда не узнаем.
Он [Ельцин] сумел создать казус, шокировавший мировое сообщество. Не найдя другого повода показать российскую обороноспособность и переломить негативное впечатление, возникшее о российских военных возможностях после Чечни, президент решил сбить вражескую ракету. Но избранная цель оказалась метеорологической ракетой, выпущенной норвежцами, которые, кроме всего прочего, заранее проинформировали Москву о запуске.
... НДР [партия «Наш дом-Россия» во главе с ЧВС], осознанно или нет, стал попыткой воспроизвести прежнюю модель слияния партии и государства, характерную для коммунистических времен. Пытаясь отбиться от критиков, Черномырдин неловко повторял, что «движение не растворяется в правительстве без остатка, не поддерживает безоговорочно любые его действия». Получалось, что как партийный лидер Черномырдин не совсем одобрял то, что он делал в качестве премьера. Таким образом, премьер попытался раздвоиться: выступить и как глава кабинета, и как оппозиция самому себе, но без очевидного успеха.
... Партия любителей пива давала за подпись кружку пива, а сборщики Партии самоуправления трудящихся офтальмолога Святослава Федорова собирали подписи в поликлиниках.