Ваймака не волновало, сколько у него было Лисов: девять или двадцать пять. Он был готов отстаивать их интересы до самого что ни на есть горького, кровопролитного конца.
Через пару секунд Ваймак вошёл в комнату. Проследив за вытянутой рукой Дэниэль, указывающей на Нейла, он перевёл озадаченный взгляд с Нейла на Кевина, затем на Аарона и снова вернулся к изучению Нейла: — В последний раз, когда я проверял, ты не очень-то нравился Эндрю, — заметил он. — С тех пор ничего не изменилось, — ответил Нейл, но пояснять ничего не стал.
Ваймак прокашлялся, проведя ладонью по коротко стриженным волосам: — Послушайте. Говно случается. И оно будет случаться постоянно. Не надо говорить мне, что жизнь несправедлива. Вы здесь потому, что сами прекрасно понимаете это. Жизни абсолютно плевать на наши желания или ожидания от неё; мы сами должны бороться за то, что нам дорого. Сет хотел, чтобы мы победили. Он хотел пробиться в четвертьфинал. Думаю, мы должны постараться ради него. Давайте покажем всем, на что мы способны. Давайте сделаем этот год нашим.
— Эндрю Джозеф Миниярд, что за ебаный ***ец ты натворил на этот раз? — потребовал тренер. — Это был не я, это всё однорукий, — отшутился Эндрю откуда-то из глубин раздевалки.
Ваймак взмахнул рукой, призывая к тишине, но Эндрю перехватил его запястье, выдёргивая трубку из пальцев. Тренер сцапал Миниярда за шиворот раньше, чем тот успел смыться. Эндрю не стал отбиваться, просто замер с телефоном в руках, сверля его таким взглядом, будто впервые встретился с этим человеческим изобретением.
— Господи, — сочувственно выдал Мэтт, — его можно понять. Он признался, что слышал весь разговор? — Да, Аарон говорил, что они обсуждали это. Но тётя Тильда так ничего и не сделала, поэтому он в тайне от неё позвонил в Оклендский полицейский участок. Он нашёл кураторов по программе помощи подростков и те дали ему контактную информацию Эндрю. Через две недели Аарон получил письмо, в котором говорилось примерно следующее: «Пошёл на хуй, исчезни». Мэтт устало потёр виски: — Да, очень похоже на Эндрю. — Некоторые вещи не меняются, — согласился Ники. — Но как Аарону удалось переубедить Эндрю? — спросила Дэн. Ники взглянул на неё, как на чудную: — Ему и не удалось.
Нейл не знал, что на это ответить. И даже не понимал, что напрягло его больше: тот факт, что она действительно искренне предлагала ему помощь, или то, что он никогда не сможет принять её от кого-либо, независимо от обстоятельств. Лисы просто не справятся с его демонами. Единственный, кому Нейл смог доверить искажённую полуправду, был Эндрю, и то, это случилось в порыве отчаяния.
Нейлу показалось, что его забросило в одну из параллельных вселенных: — Эндрю ударил тебя. — Всего пару раз, — подтвердила Уокер. — Я и забыла, каким быстрым он может быть под таблетками.
Нейл перевёл взгляд с её улыбки на разноцветные кончики волос, а затем на скромный крестик, висящий на тонкой шее. Он не понимал. Рене предупреждала, что она не настолько хорошая, как могло показаться, но все, без исключения, считали её добрым сердцем команды. С их первой встречи Рене казалась ему просто воплощением умиротворённости и кротости. И до сегодняшнего дня единственным спорным и непонятным моментом была её дружба с Эндрю.
— Меня смущает то, что твой образ логически не складывается. Я не понимаю тебя. — Ты всегда можешь спросить меня, — мягко заметила Уокер. — Неужели всё действительно так просто? — удивился Нейл.
Тренировка в четверг прошла даже более напряжённо, чем в среду. И проще всего было бы списать это на возвращение упоротого лекарствами Миниярда, но стоило отдать должное: Эндрю вёл себя как подобает. Он ни разу не упомянул имя Сета и почти не разговаривал со старшекурсниками.
Настоящая же проблема заключалась в том, о чём Дэниэль и Мэтт уже говорили в среду: оказалось, что без Сета Гордона команда играла куда более слаженно. У Эндрю, Аарона и Ники могло быть сколько угодно личных проблем и разногласий, но на поле они, видимо, забывали обо всём и действовали сообща. Благодаря собственному таланту и, возможно, тем испытаниям, которым подверг его Эндрю в прошлом году, Мэтт находил общий язык со всей братией Миниярда. Дэниэль просто вела команду за собой, постоянно координируя их и заставляя двигаться. На линии нападающих Кевин безжалостно гонял Нейла, требуя от него практически невозможного, и Нейл, сжав зубы, всеми силами старался не отставать. А Рене сглаживала любые конфликтные ситуации, едва те начинали зарождаться.
Впервые за всю историю своего существования Лисы проявляли сплочённость и единство действий. Дэниэль и Мэтт прекрасно понимали это, но на их лицах и даже в их словах Нейл постоянно замечал какой-то отголосок вины. Они не желали признавать, что в смерти Гордона можно найти свои плюсы, и, уж тем более, отказывались извлекать из этих плюсов выгоду. Нейл хотел объяснить им, что бессмысленно так цепляться за смерть, но посчитал подобное проявление человечности весьма занимательным. Теперь он просто надеялся, что им удастся совладать с этим чувством ещё до первой подачи в пятничной игре.
Элисон Рейнольдс считалась крайне нетипичным и озадачивающим выбором университета Пальметто: выглядящая словно принцесса со страниц глянцевых журналов, она мало кому уступала в драках или скандалах на поле. Элисон не волновали чужие ожидания на свой счёт, поэтому характерная ей прямота и честность нередко граничили с жестокостью. Она могла бы унаследовать многомиллионную корпорацию от родителей, но не захотела соглашаться со всеми вытекающими из этого ограничениями. Элисон хотела быть самой собой. Она хотела показать, на что способна в игре. И, по какой-то неведомой причине, она хотела быть с Сетом, не смотря на все его косяки и их странный формат отношений.
— Тренер, — снова возмутился Ники, — Вы шутите или как? Рене же вратарь. — Дэниэль единственная, у кого хорошо получается взаимодействовать с нападающими, — тихо вмешалась Уокер. — А на Элисон сейчас не стоит полагаться. Мы уже обговорили это с тренером во вторник, поэтому у меня было время разобраться с экипировкой. Знаю, я не играла в защитниках со средней школы, но обещаю выложиться на полную. — Пожалуйста, не пойми меня неправильно, но это совсем не то, что меня сейчас беспокоит, — заметил Хэммик. — Если ты в нападающих, то кто будет стоять на воротах во втором тайме? Ваймак посмотрел на Эндрю. Заметив взгляд тренера, Миниярд обернулся через плечо, будто бы рассчитывая обнаружить за спиной третьего вратаря. Но, естественно, там никого не оказалось; изумлённо вздёрнув бровь, Эндрю провёл большим пальцем по губе и задумчиво произнёс: — Тренер знает, что с лекарствами так не получится.