Афоризмы

28 сентября 2026, понедельник

Раздел

Паула Хен. По ту сторону моря

4 цитат

«По ту сторону моря» — книга Паулы Хен, выпущенная в 2022 году. Произведение относится к жанру современных любовных романов и включает темы воспоминаний, эротики и любовных испытаний.

Ты лежишь на боку, спиной ко мне. Обнаженная. Твои тёмные волосы, спутанные и зажатые твоим же телом, разметались по подушкам, щекоча мой подбородок. Они пахнут июньским вечером, мечтами и уютом. Прошло три месяца, но шампунь ты так и не сменила. Ты любила добавлять в ванну эфирные масла, вода в ней постоянно была горячей, вынуждая кожу принимать ярко-красный оттенок, словно ей не доставало чувствительности. Психологи говорят, что это от одиночества. Но была ли ты одинока здесь, без меня?

Ты лежишь на боку, спиной ко мне. Обнаженная. Твои тёмные волосы, спутанные и зажатые твоим же телом, разметались по подушкам, щекоча мой подбородок. Они пахнут июньским вечером, мечтами и уютом. Прошло три месяца, но шампунь ты так и не сменила. Ты любила добавлять в ванну эфирные масла, вода в ней постоянно была горячей, вынуждая кожу принимать ярко-красный оттенок, словно ей не доставало чувствительности. Психологи говорят, что это от одиночества. Но была ли ты одинока здесь, без меня?

— Эльбрус · книга

Жизнь — трагикомедия, лишенная двух актов, сборник сатирических событий, сотканных в одну линию, пепел и возрождение. Ты можешь ждать храброго рыцаря на белом коне, способного освободить тебя из цепей заточения, а вместо этого полюбить дракона. Бесконечные метания между тем, что правильно, а что нет, подобно тому, как учитель выносит твои грубейшие ошибки за красные линии, помечая восклицательными знаками, чтобы после не позволить тебе ступить на одни и те же грабли. Хиромантия дело тонкое, если в неё верить, высчитывая по линиям жизни карму, чтобы после покорно нести её на своих плечах.

Жизнь — трагикомедия, лишенная двух актов, сборник сатирических событий, сотканных в одну линию, пепел и возрождение. Ты можешь ждать храброго рыцаря на белом коне, способного освободить тебя из цепей заточения, а вместо этого полюбить дракона. Бесконечные метания между тем, что правильно, а что нет, подобно тому, как учитель выносит твои грубейшие ошибки за красные линии, помечая восклицательными знаками, чтобы после не позволить тебе ступить на одни и те же грабли. Хиромантия дело тонкое, если в неё верить, высчитывая по линиям жизни карму, чтобы после покорно нести её на своих плечах.

— Был горький день? — спросил ты, ловя мой взгляд, отчего от твоего голоса почему-то все волоски на теле встали дыбом. — Вы когда-нибудь запивали сильнодействующие обезболивающие крепким кофе? — я позволила взгляду задержаться на твоём наглаженном воротнике рубашки, прежде чем сигануть с моста в пучину и глубину твоих глаз, — показалось, что даже Тихий океан может тебе позавидовать! — Это небезопасно, — ироничные нотки, аккуратный изгиб тёмных бровей, ползущих вверх — так принято изображать удивление, но я почему-то вижу в этом жесте нечто другое. — Тогда Вы можете представить, что мой день был не только горьким, но ещё и смертельным, — тривиально и слишком неразумно-мечтательно, но мне понравилось, как я звучала в тот вечер.

— Был горький день? — спросил ты, ловя мой взгляд, отчего от твоего голоса почему-то все волоски на теле встали дыбом. — Вы когда-нибудь запивали сильнодействующие обезболивающие крепким кофе? — я позволила взгляду задержаться на твоём наглаженном воротнике рубашки, прежде чем сигануть с моста в пучину и глубину твоих глаз, — показалось, что даже Тихий океан может тебе позавидовать! — Это небезопасно, — ироничные нотки, аккуратный изгиб тёмных бровей, ползущих вверх — так принято изображать удивление, но я почему-то вижу в этом жесте нечто другое. — Тогда Вы можете представить, что мой день был не только горьким, но ещё и смертельным, — тривиально и слишком неразумно-мечтательно, но мне понравилось, как я звучала в тот вечер.

— Ноябрь · книга

Здесь люди безбрежно добрые и солнечные — без них все было бы иначе. Впервые, просыпаясь в той квартирке, которая тебе показалась бы слишком душной и тесной, от чужого шума под окном, звонкого голоса девушки с первого этажа или же детского смеха, я не испытывала привычного раздражения.

Здесь люди безбрежно добрые и солнечные — без них все было бы иначе. Впервые, просыпаясь в той квартирке, которая тебе показалась бы слишком душной и тесной, от чужого шума под окном, звонкого голоса девушки с первого этажа или же детского смеха, я не испытывала привычного раздражения.

— Алиса · книга