Сергей Лукьяненко. Шестой Дозор

Гибкость — наше второе имя. Как иначе мы выжили бы в мире, полном кровожадных грубых мужчин?

— Эрнеста

— Доброе утро, Арина, — сказал я, глядя на ведьму. — Извини, что разбудил. — Извиненьками не отделаешься, — сказала ведьма.

— Антон Городецкий

Тебя ткнули мордой лица в то, что добро – не обязательно добро, зло – не всегда зло, а ты – не в белых одеждах, а в потертых джинсах и рубашке с грязным воротником.

Надя вздохнула и принялась ковырять омлет. Пробормотала: — Соли мало. — Соль вредна для здоровья. — И подгорел. — Активированный уголь полезен для здоровья.

— Надежда Антоновна Городецкая

— Рискуешь, — вымолвил Гесер, глядя на меня. — Если позволите, шеф, то рискну, — сказал я, вставая. — Звоните, пишите, шлите телеграммы. Посылки не забывайте.

— Гесер

— Иди, Антон. Я позвоню тебе завтра утром. — Мой номер... — Знаю я твой номер. — Она вздохнула. — Иди уж. Ты тут всё-таки натоптал, а мне ещё пол мыть. Нянечек не хватает, уборщиц…

— Антон Городецкий

Дурдом «Солнышко».

— Антон Городецкий

— ...просьба Гесера и Завулона о помощи была нами услышана и принята положительно, — улыбнулась ведьма. — Но? — спросил я. — У тебя где-то на кончике языка застряло «но». Скажи ег…

— Антон Городецкий

Только все мы, женщины, — сестры! И что бы там мужчины ни творили — нам за жизнь отвечать, так?

— Арина