Арес

Я научился разными способами убивать смертных, Кратос. Плоть, которая горит, кости, которые ломаются. Но сломить дух человека — значит по настоящему его уничтожить!

С основания мира всегда была битва, и не добра со злом, как утверждают некоторые примитивно мыслящие люди, а борьба… шпаги со щитом.

— Я бы посмотрел на это. В конце концов, у меня ведь даже нет оружия, разве это честно? — Честность нужна слабакам, – парирует Арес и сплевывает себе под ноги.

Обычно сбегают от тех, кого боятся.

— Я бы поблагодарила тебя, но это подразумевало бы, что ты сделал что-то бескорыстно. — Незачем. «Враг моего врага...» — Мы не друзья! Просто наши интересы совпадают. Временно.

— Ты же создатель... — Внемли мне. Сейчас ты умрешь. И больше не сможешь переродиться. Кроме того, что ждет тебя в вечном забвении, даже я не знаю. Ты понимаешь? Это тяжесть твоих грехов. — О, Ра, я хочу узнать лишь одно. Почему я должен был родиться рабом? — Спрошу тебя: до сих пор ли ты раб?

Все цивилизации, которые делали маленькие скатерти, сладкие пирожные и эмалированную посуду, были уничтожены теми, кто делал дубинки, топоры и стрелы. Вот реальность Истории.

— Куда ты попадаешь, когда умираешь навечно? — В место, где никто тебя не ранит... Скоро я тоже отправлюсь туда.

Я всегда выигрывал, сестра. Просто потому, что ты, дура такая, никак не поймешь: войны выигрывает не честность, войны выигрывают оружие и тактика.

— Мир не вокруг тебя вращается. — В целом нет. А вот твой?

— Снова бездельничаешь? – спрашивает проходящий мимо Арес, притормаживает и взгляд скашивает на чашу в его руках. – Гелиос едва взошел на колесницу, а ты уже пьешь. — Может, я просто новый день праздную.

— Ты слаб, Арес. — Во времена правления Супермена раздора практически не осталось. Я практически обессилел... — Если не ты нас сюда переместил, то кто? — Те, кто положат конец правлению Супермена — Повстанцы. — Герои? — Только один. Остальные, бросившие вызов Супермену, были уничтожены. — Он убил их... Остались только те, кто присоединился к нему? — И несколько бывших злодеев, которых он подкупил или заставил подчиниться. — Мне нужно присоединиться к товарищам. — Они сейчас у Повстанцев. — Отправь меня к ним.

Мир для нас минное поле, и мы идём по нему как великаны.

— Ну и что теперь? — Вот так всегда: сначала бьют, потом спрашивают... Хотя я, конечно, подлил немного масла в огонь. — Арес? Зачем ты здесь? — Я питаюсь раздором. До сегодняшнего дня я голодал. Я почувствовал агрессию и нашёл её источник. — Более того, ты привёл нас сюда. — Это был не я, но могу догадаться, кто это сделал. — Не нужно разжигать мой гнев, Арес! Скажи мне, кто это. — Считаешь, что можешь мной командовать? — Да! И ты мне подчинишься!