Балбес

Я, признаться, бесконечно был бы рад Лечь под этот электронный агрегат, Чтобы капал самогон мне в рот Днём и ночью круглый год! Днём и ночью круглый год!

— Не волнуйтесь, товарищ директор. Народ хочет разобраться, что к чему. — Это естественно! — Законно! — Дело для нас новое, неосвоенное... — Точно, неосвоенное.

— А! Их двое... — И этот ещё... с хвостом. — Осёл не в счёт. Второй — лишний. — Свидетель...

— Жить, как говорится, хорошо. — А хорошо жить еще лучше!

Между прочим, в соседнем районе жених украл... члена партии.

— Разбить? — Разбить. — Пол-литра? — Пол-литра! — Вдребезги? — Ну, конечно, вдребезги! — Да я тебя за это!

Короче, Склифосовский!

— Это, как его, волюнтаризм! — В моем доме не выражаться. — А чего я сказал?

— Иначе — «Memento mori»! — Моментально. — В море!

— Ты что? — Ну... я тренируюсь. — Тренируйся лучше... на кошках.

— Скажите пожалуйста, а вот это мероприятие... или как бы лучше сказать — операция... — Ы! — Почему Ы? — Чтобы никто не догадался.

Постой, паровоз, не стучите, колеса, Кондуктор, нажми на тормоза. Я к маменьке родной с последним приветом Спешу показаться на глаза.

Если б я был султан, я б имел трёх жён И тройной красотой был бы окружён. Но с другой стороны, при таких делах Столько бед и забот, ах, спаси Аллах!

— Бамбармия! Киргуду! — Что он сказал? — Он сказал, что если вы откажетесь, они вас зарежут... Шутка.

— Сумма? — Триста! — Это несерьезно! <...> — Ваши условия. — Триста тридцать! — Согласен. — Каждому!!!

— Садитесь. — Спасибо, я постою. — Гражданин судья! А он не может сесть!