Белла Динорцио

– Тогда зачем ты трахал всех этих шлюх? Меня тебе было не достаточно? Разве я тебе отказывала в сексе? Каждую ночь угождала тебе, даже если после этого мне было хреново. – Белла, я мужчина. А мужчины всегда хотят. – Пошел ты! Только Динорцио так поступают. У тебя даже не вставал, если мы трахались в «позе миссионера». Больше шлюх, кокаина, больше денег. Ты получил своё, теперь просидишь всю жизнь в тюрьме и даже не сможешь сходить на похороны своей грёбанной матери. – Думаю, что я любил тебя. – Жаль, что твой хуй думал по другому... – Он живёт своей жизнью. Белла, зачем нам ссориться? – Мы ссоримся из-за траха. – Время летит, Белла. Кто знает, может я следующий на очереди. – Нет, Господь тебя давно оставил и дьявол тебя боится. – И правильно, но ты никогда меня не боялась. Поэтому, ты мне нравилась с самого детства. Ты ничего не боялась. – Ты прав. Ничего. Господи, как я хочу тебя.

– У тебя есть ручка или карандаш? Хочу кого-нибудь убить. – С удовольствием бы дала, но меня обыскали на входе. – Что? Тебя обыскали? Сукины дети! – Да, но это... Это была женщина-охранник. У неё были длинные волосы и большая задница. – Белла, через что тебе приходится проходить... Ты же моя жена. – Была. – А, точно. Я забыл. Остался ли кто-нибудь, кого я не трахнул? – Таких не знаю... – Не могу поверить, ты пришла навестить меня. Зачем, ведь я причинил тебе столько боли. – Да, за тобой водились грехи. Но ты делал и много хорошего. – Например? – Отлично трахался! – Ты тоже.

— Я бы его сама прикончила. — Следи за своим языком. Нельзя так говорить про людей, которые тебя любят. — Твой кузен всадил в тебя четыре пули. — Он меня любит, а я люблю его. Мы семья, он просто наркоман, он не знал, что делает. Живи и дай жить другим. Сколько раз тебе повторять? Если даже мне двадцать пуль всадят или отрежут голову, ты не должна вызывать полицию. Иди ко мне. Гребаная рука. Этого сраного кузена сам бы пришил.