Бёртон Гастер

— Этот некто не был мумией фараона Жахнем тётя.... — Рахнемтата..... — Спасибо, Гас!

Жизнь скоротечна, и мне нужно её прожить. Нужно говорить о своих чувствах и делать то, что хочется, пока не поздно.

— Не изображай Гарри Поттера и узника Марципана. — Азкабана. — Я читал оба варианта.

Худшее, что ты можешь сделать, Шон, — это взять ситуацию в свои руки…

— Вы — это мы, а мы — это вы, а вы — это они. Они — это вы, а вместе мы...а вместе мы то, что надо! — Иногда он говорит непонятно, что.

— Здесь пахнет любовью... — А по-моему, капустой.

— Возраст перед красотой. — Ты на четыре месяца старше меня! — С каких это пор? — С рождения!

— А ещё я повесил своё любимое произведение искусства обратно на стену. — Это не искусство, Шон. Это плакат с сексапильной блондинкой, лежащей на Корвете. — Если это не искусство, почему тогда я застраховал его на полмиллиона долларов? — Потому что ты идиот.

— Ты назвал своё лже-агентство «Ясновидец»? А почему не «Эй, мы дурим вас и полицию и искренне надеемся, что в результате никто не умрёт»? — Во-первых, это слишком длинно и не поместится на окне, а во-вторых, если хочешь внушить людям, что говоришь правду, скажи, что врёшь!

— Все, кто вскрыли гробницу Тутанхамона, умерли! Это факт, Шон! — Конечно, это ведь было восемьдесят лет назад...

— У тебя осталась еда? — Как ты можешь есть рядом с трупом?! — А что? Это грубо? Надо поделиться?