Борх (Золотой дракон)

— Я понял, что ты как ведьмак путешествуешь по свету и когда попадается какое-нибудь чудовище, убиваешь его. И на это живешь. — Более или менее. — Или тебя вызывают, скажем, по особому заказу. И ты едешь и выполняешь. — Зависит от того, кто вызывает и зачем. При разных обстоятельствах, но и цена тоже важна. Только этим мы и живем. — Уже видел. Не слишком богато. А не бывает у тебя временами сомнений, никогда нет? — Что ты ко мне прицепился, Борг, я же говорил тебе, чтоб ты со мной не связывался. Ты разочарован, да? — Прости, я не хотел тебя обидеть, я по природе любопытен. Меня интересует твое ремесло и ты. — Если хочешь знать, я берусь не за все заказы. Ведьмак очерчивает пределы своих возможностей, он волен оценивать риск. Я должен всего лишь защищать людей, которым грозит смерть от монстров и прочих тварей. — Это выгодная теория, тебе не кажется? Можно быть ведьмаком до конца жизни и ни разу не вступать в сражения.

— Мы живем с того, что заработаем, а зарабатываем мало. Это какая-то теорема заказов и сражений. Вот и весь секрет. — Но вы выступаете во имя справедливости. Борьбы со злом, борьбы сил порядка с силами хаоса. Вы несете порядок в этот мир. — Ты мутишь меня, Борг. Пойми, у меня не может быть человеческих сомнений. Я ведьмак, выродок. Но ты прав, у меня есть свои собственные правила, и я скажу тебе их. Я уничтожаю тех тварей, которые нападают на людей и проявляют агрессию и щажу тех, которые избегают контакта с человеком. Они прячутся от него, они имеют право на жизнь. Они были тут первыми, никому не угрожают. — Оригинальная теория, хотя и расходящаяся с интересами людей. — Интересы людей меня мало касаются... — Как же так? Ты ведь их защищаешь? — Я защищаю их жизни, а не их интересы. Их интересы и желания — это дело их самих, людей. Я для них уродливый наемник, полукровка, бездушный ведьмак.

Когда весь твой вид на грани уничтожения, становишься более отчаянным.

— Знаешь, Борх, это не так просто. Есть чудовища, которые мутировали только после встречи с человеком. Они раскапывают кладбища, охотятся на помойках, селятся в развалинах. Подстерегают людей у больших городов, у дорог, потому что это самый легкий способ добывания пищи. Этих я убиваю. Но случается так, что создания того же вида, живут в согласии с природой. В горах, в лесах. На этих я не охочусь и не принимаю заказов. Хотя они самые выгодные. Шкуры, зубы, кости, мясо, когти. Кровь. Для алхимиков, чародеев, колдунов, зельеваров, знахарей. Ювелиров. А есть такие, которых я вообще не трогаю, например, я не убиваю драконов. — Но ведь они самые опасные... — Нет, Борх, тут всё просто. Драконы не нападают на людей. Они их избегают, это люди охотятся на драконов. — На тех, которые охотятся на овец, коров. — Им приходится, дракон это не мышь, он много ест. Люди выкорчевали леса, убили зверя, ограничили необходимые для жизни пространства. А что же им делать? [К Геральту подсели две наемницы, охранницы Борха — Золотого Дракона] — Ты меня удивляешь. — Борх, у меня от этого одни неприятности. Но скажи мне, разве это не чудо природы? Я люблю драконов, они пышут огнем, летают по просторам. Сокровища имеют только для чистого удовольствия. Они не мстительны и не завистливы. Зачем же их убивать? Они прекрасны. — Они примут это за комплимент. Осторожно, Геральт, они неутомимы в любовных схватках, ты им нравишься. Ты и вправду им нравишься.

— Я избавлю вас от страданий небольшой мгновенной болью. Чародейка не вернет себе лоно. А ты, Геральт, хоть и не хочешь её терять, потеряешь. — Уже потерял.