Брюс

— Ну разве можно иначе? Не влюбится в неё! — Я не влюбился. Мы просто работаем вместе. — Святые угодники, неужели на медицинский идиотов берут?! Иди к ней, маленький засранец.

— Брюс их может отвезти. — Брюс? Не, не, она съест их за живо. Ведите себя хорошо Брюс. — Ах вы, сучары симпотные! Давайте же, все на борт. Крокодилы очень чувствительные существа и прекрасные любовники. Ухаживания у них такие эротичные. Самец проплывает мимо самки своим длинным телом, слегка касаясь её извилистых боков и потихоньку её возбуждает. Пока та не будет готова, затем они погружаются вниз и он успешно проникает в неё, и снова, и снова и снова.

Скажу, по своему опыту, что странный огонь и странные голоса никогда не приводили ни к чему хорошему.

— ... ты слишком далеко заходишь. — Кто-то должен это делать.

— Мы все когда-то встретимся снова. — Я надеюсь — Надежда важна. Это последнее, что у тебя есть.

Много есть вещей в природе, которые и не снились нашим мудрецам.

— ... Всё равно, думаю, у нас впереди куча проблем. — Слушай, никто не говорил, что возлюбить ближнего своего будет легко. А ты, непосредственно, ближний. — И я это ценю. — Всем нам, порой, нужна помощь, Брюс. Нет ничего постыдного в тяжёлых временах.

Охота тогда только представляет собой спорт, когда вы научились в ней не убивать, а давать жить. Однажды я целые семь часов пролежал на самой вершине горы и наблюдал, как играли между собой козы, и получил от этого удовольствия больше, чем если бы всех их перестрелял.

Человек, любящий безумного, вынужден постоянно следить и за своим разумом, ведь рано или поздно каждый из нас понимает, как ненадежен его мозг. Постоянно наблюдая безумие, волей-неволей приближаешься к нему. Оказывается, лишиться рассудка легче легкого, и здравомыслие начинает представляться чем-то временным и ненадежным.