Дэн Хамфри (Dan Humphrey)

— Куда ты ведёшь мою дочь? — Не знаю. Я думал пройтись пешком по подземному Нью-Йорку. Навестить моих друзей-бродяг. Они чудесные, просто питаются одними отходами... Извините, я не знаю, почему я это сказал. Я иногда нервничаю, ну, не замолкаю ни на минуту. Мама говорила, что нет ни одного слова, которое мне не нравится. А знаете, кто мне ещё нравится? Ваша дочь.

Ему нравилось думать, что он живёт на грани риска.

— ... и почему богачи так любят крохотные порции? — Потому они и богатые — экономят на еде.

И если тебе с кем-нибудь захочется поговорить, ну или помолчать, я к твоим услугам.

На слово «месть» Google выдает BlairWaldorf.com

— Что случилось? — Ты клянешься никому не рассказывать и не смеяться? — Я унесу свою тайну в могилу, но смех — неконтролируемая реакция организма.

Если мы не станем больше, чем друзья, сложно быть просто друзьями.

— У меня в руках первое письмо от поклонника! — Сам себе написал?

— Ты что, идешь за нами? — Нет, просто хожу в ту же школу. У нас одинаковая форма. Так трудно заметить?

— Чего ты хочешь больше всего? — Быть счастливой. Но, кажется, больше не знаю, как.

Когда говорят «каждый раз» — это значит «больше, чем несколько раз».

— Кажется, у меня травма мозга! — Если бы у тебя была травма мозга, ты об этом бы не догадался!

Расскажи мне, что тебя беспокоит, и тогда это будет беспокоить нас обоих, и мы оба будем беспокоиться о том, что тебя беспокоит..

— Я даже не разговаривала с Чаком! — Это и не нужно. У вас двоих какое-то странное силовое поле влияния друг на друга. Физикам следовало бы изучить его.

Ее самая лучшая подруга — это Блэр Уолдорф, олицетворяющая все, что я ненавижу в Ист-Сайде, выраженное в 43 килограммах злобы, коровьем взгляде и зависимости от торговых марок.

Кажется, в прошлом году у него была оригинальная мысль... Она умерла от одиночества!