Джек Трэйнер

— Что ж, смейся! Мы встретимся с его сотрудниками в понедельник. — Как сказал Траск: «Давайте порежем хлеб, прежде чем его продавать»?

Ты похожа на сумасшедшего полицейского, с которым никто не хочет связываться. А кто свяжется, окажется либо в морге, либо в сумасшедшем доме.

— Это не совсем завтрак, но еда там кое-какая будет. — Что это значит, Тэсс? — Свадьба дочери! — И это деловая встреча? — Это то, что нам надо! Он счастлив, глоток шампанского и вот тут мы. Уверяю тебя. — Мы что, выскочим из свадебного торта?

— Я наметила завтра встретиться с Траском. Мне кажется, мы уже подготовлены, чтобы выйти на него. — Где мы встречаемся? Когда? — Он нас вместе пока не ждёт... — Ты что, всё это хочешь провернуть без меня?! — Нет. С чего ты взял? — Ты уже без меня с ним договорилась о встрече! Разве так организуют совместные дела?! — Так было надо! — Как всё просто! Так было надо! Одной неудачной сделки достаточно для отставки! Вот смотри — на моём телефоне старые имена заклеены плёнкой и напечатаны новые, потому что на том конце провода хорошие парни ушли из-за неудач, а пришли ещё лучше. Вот что такое наша жизнь. И мне неохота быть похороненным под этой липкой лентой! — Никто и не собирается хоронить там тебя.

— Откуда у тебя этот шрам? — Бандит полоснул в Детройте. — Да? — Нет, нет. В юности я решил проколоть себе ухо, моя девушка взяла иглу, я упал в обморок и мордой об унитаз. — Ты никому не рассказывал эту историю? — Нет, ты первая, кто знает правду. — Кроме той девушки. — Я её вскоре бросил. Это подло с моей стороны. Жаль её.

— Все эти приёмы — такая скукотища. — Никогда бы не подумала. — Власть народу? — Власть народу!

Вы первая женщина на этих проклятых приёмах, которая одевается, как женщина, а не думает, как бы оделся мужчина, если бы он был женщиной.