Егор

Потому что ты никто, чмошная крыса, которая потеряла нюх и догрызает мизерный шмат прогорклого сальца, вместо того, чтобы вовремя рвать когти с этого трахнутого начальственным айсбергом титаника и уже давно жрать ананас где-нибудь на тропических отсровах. Ну и хватит, хватит, довольно, хорош!... Если ты и вправду такой, что ж с тобой делать. Ну, уволили. Ну, опять. Что-нибудь, может, найдется.

Одни люди создают мир, основанный на лжи, а другие в нём живут, с умилением думая о пингвинах.

Клоуны правят миром, этим безумным миром. Посмотри на Буша – типичный клоун из ада.

Если ты живёшь, как пингвин, то будь готов, что тебя нагнут в любой момент.

Дыхание перехватило, с первой секунды захотелось обнять ее нежно, осторожно, одной рукой обвить талию, а другой, словно гребнем, проникнуть сзади в мягкие волосы цвета красного дерева, от шеи к затылку, и так замереть, прижаться всем телом, и ничего другого не делать — главное, не отпускать. Такое состояние не опишешь. Первое слово тут — нежность. Когда женщина — не бутылка для твоей пробки, не ножны для твоей сабли, не дупло для твоего дятла, не борщ для твоего перца. Обнять, чтобы прикоснуться максимально всем телом... как же слова неуклюжи! — а в груди ликованье растет, и волнами... а счастье переполняет и готово превратиться из неуловимой субстанции — в смех, в легкий, свободный, неяркий, негромкий... тихий, как тихий плач, как старичка Стинга песни...

Егор всегда честно признавал, ну, не при всех, а для себя самого, что он не храбрец. Но и трусом, пожалуй, тоже не был. Были вещи, которых можно и нужно бояться: шпана, маньяки, террористы, катастрофы, пожары, войны, смертельные болезни. Все в одной куче, и все одинаково далеко. Все это реально существовало и в то же время оставалось за гранью повседневного. Соблюдай простые правила, не броди по ночам, не лезь в чужие районы, мой руки перед едой, не прыгай на рельсы. Можно бояться неприятностей и в то же время понимать, что шанс в них влипнуть весьма невелик.

Свадьба делает мужчину счастливым только в одном случае — если это свадьба его дочери.

Неправильно перестать доверять людям, если какой-то гад вас обманул...

… страх нельзя победить, можно только прожить. И позволить ему покинуть твоё тело.

Выросший вне женщин, я воспринимал ее как яркое и редкое новогоднее украшение, трепетно держал в руках. И помыслить не мог-как бывает с избалованными чадами, легко разламывающими в глупой любознательности игрушки, — о внутреннем устройстве этого украшения, воспринимал как целостную, дарованную мне благость.

Своим фильмом мы как бы ставим обществу этакую клизму от безнравственности.

... дружба, как и искусство, дана человеку для наслаждения, а не для того, чтобы пользоваться ею в корыстных видах.

– У каждого города и даже маленькой деревни есть душа. Что-то неосязаемое, но при этом живое. Ты же, наверное, ощущала, что все города ощущаются по-разному? – Конечно. В Москве чувствуешь себя совсем не так, как в Рыбинске. А в Рыбинске – совсем не так, как в Твери, например. И так далее. – Да. Некоторые называют это духом, настроением, атмосферой. А кто-то говорит, что это гений места. Такая сущность, которая обитала на этой земле задолго до появления людей и которая незримо присутствует здесь до сих пор.

Есть вещи, в которых даже себе самому признаваться опасно.

— Да ведь это налим! — Нет, не налим. Мы про налима не так говорим. Налим, Никодим, Гордится собою. Налим, Никодим, Носит шапку соболью, Ни перед кем её не ломает И шуток тоже не понимает!

А любовь не кандалы. Любовь — ураган, срывающий людишек с якоря. Вперед. Пока не поздно. Пока не заякорился намертво. Пока киль мидиями не оброс.