Элинор Дэшвуд

— Неужели счастье может зависеть от богатства и величия! — От величия, может быть, и нет, — заметила Элинор, — но богатство очень способно ему содействовать.

— Боюсь, — сказала Элинор, — приятность еще не залог приличия.

…и как бы ни провозглашалось, что все наше счастье навсегда зависит от одного единственного человека, так нельзя… так не годится, так не может быть!

— Молодец, Мэриэнн. Вы поговорили о Шекспире, о скоте, о поэзии. При следующей встрече ты узнаешь о его взглядах на природу и чувства, а потом вам не о чем будет говорить и роман закончится. — Неужели я вышла за рамки приличия, потому что не была скучной, неинтересной, не говорила о погоде и состоянии дорог? — Нет, но теперь мистер Уиллоуби понимает, как ты в нём заинтересована. — А почему я должна скрывать свою благодарность? — Для этого нет оснований, правда, мы его мало знаем. — Степень близости не определяется временем, проведённым вместе. Одним людям для знакомства мало и семи лет, а другие — понимают друг друга через неделю.

— Знаете, Вы должны приезжать в Бартон Парк каждый день к нам на ужин. — Мы Вам так благодарны.. — Нет-нет-нет, отказов не потерплю, я несколько глуховат к отказам.

— Я не знаю, где течет Нил. Моя сестра утверждает, что в Южной Америке. — О, нет! Нет, она ошибается. По-моему, Нил находится в Бельгии. — В Бельгии? Вы, вероятно, имеете в виду Волгу? — Ну конечно Волгу, которая, как Вы знаете, начинается... — Во Владивостоке, и заканчивается... — В Уимблдоне. — Верно, мы получаем кофе оттуда.