Геннадий (автодилер)

— Что-то странная какая-то утка, на курицу похожа. — Это у неё осложнение после птичьего гриппа.

Она на меня так смотрит... как на Джорджа Клуни… На меня Полина лет десять уже так не смотрит. Да она вообще на меня не смотрит... А если смотрит, то так, что как будто я что-то должен. Ну да, я должен. Должен детей в школу отвезти, должен зарплату принести, должен сантехника вызывать и сидеть ждать его на этой кухне… Но тогда и она что-то должна! Ну я не знаю, хотя бы смотреть на меня как на Джоржа, сука, Клуни!

— Толя, а у тебя пуговицы на рубашке не хватает... — Ну и что? У меня на многих вещах пуговиц не хватает... Вот сижу, жду. Может, какая добрая душа придет, пришьёт... — А Лена пришивала? — Ну Лена пришивала... — Представляю, сколько у него с зимы пуговиц накопилось... — Слушай, ты так и не сказал, чё вы расстались... Хорошая была... Готовила? — Готовила. — Чё расстались? — Расстались. Ушла. — Почему? — Ей надо было куда-то пойти!

— Телкам звоним? — Так! Идите вы знаете куда, Марк Борисович! — Если приезжают телки, я сразу сваливаю! — Да будет не так, как в прошлый раз! Я ж тогда видел всего одну в темноте спьяну в этом клубе! Я ж не знал, что они все три дуры страшные! А ту, которую отсюда увез, я вообще хотел по дороге высадить, но потом жалко стало, все-таки поехала... Привез домой, все было... у нее такие сиськи! — А я сразу ушел. Не люблю грязи. Я с одной обменялся парой фраз, мне противно стало. — А у тебя? — Мы говорили с моей... о литературе! Она не читала ничего, кроме «Комсомольской правды», мне стало ее жалко, и по вашей вине, Марк Борисович, мне пришлось совокупляться с этим членистоногим. Но впредь я попросил бы не приводить в мой дом подобных инфузорий в туфельках! — Всё будет по-другому! Я видел всех троих! Хорошие! — Старик! Пощади нас! Сделай паузу — побудь с друзьями! Завтра нагонишь график.

Так — я запутался! Пойду застрелюсь в туалете...