«Гудвин»

— Она не заслужила этого... — Ну прости, я думал — тебе всё равно.

— Ну что такие кислые, сладкие мои? Не надо стыдиться своих чувств. Всё честно — друг помог другу. — Такова жизнь...

Это хорошо, что всё закончилось хорошо...

Вещи не всегда такие, какими кажутся… Мне вот, например, кажется, что я всегда прав.

— Ну что, готовы? — Я был готов, пока ты не спросил...

Знаешь, я хотел извиниться перед тобой за тот раз. Какой, к чёрту, приказ? Любой на твоём месте поступил бы точно так же. Если б ты знал, сколько раз я представлял, что это я спас заложников; что я — герой; что она любит меня. Я просто ненавидел тебя, потому что это был ты, а не я. Я так хотел, чтобы она была со мной... А когда добился этого, то получил только секс. Но, если хочешь знать, это был не просто секс, это было больно. Ты хочешь спросить меня — зачем я женился? Ну, спроси... Давай, спрашивай... Спроси, вижу, что хочешь... Что? Громче, громче — я плохо слышу... Ладно, если нечего сказать, то молчи — я сам скажу. Брак — это то, чем мужчины платят за секс, а секс — это то, чем женщины платят за брак. Хотя жениться ради секса — это всё равно что ради ложки мёда покупать пасеку. Согласен?

— И всё-таки, что есть у него, чего нет у меня? — У него нет привычки стучаться. Да ты не бойся! Я сказала, что буду с тобой — я слóва не нарушу. — Да? А если я сам попрошу уйти? — Я буду с тобой, раз мы договорились. Но знай, что мне всё время будет хотеться тебе изменить.

— У каждого свои болевые точки. — Там, где мозоль — уже не больно.

— Ну всё, падла, молись! — Что за текст? Ты что, плохих фильмов насмотрелся? Да и молиться я не умею, ты же знаешь...

— Мародёрствуете? — Имеем право. — Мы налоги платим.

Обычная процедура... Параграф 78 Экспедиционного Устава: если причина поражения неустранима и возвращение представляет потенциальную угрозу, то группа подлежит самоликвидации.