Израэль Хэндс

— Прошу прощенья, сэр, вы в последнее время стали часто нарушать наши обычаи. Команда имеет право собраться и поговорить! — Согласно обычаю. На сходку! — Таков закон. Ха-ха-ха.

— Ты негодяй, Израэль Хэндс! — Я?! — Да, ты!

Долго мы будем болтаться как маркитантская лодка? Мне до смерти надоел капитан. Хватит ему командовать! Я хочу жить в его каюте.

Мертвые не кусаются.

Тридцать лет я плаваю по морям. Видел и хорошее и плохое, но никогда не видел, чтобы добродетель принесла бы человеку хоть какую-нибудь пользу.

— А-а-а! Скелет! Это моряк, одежда у него была морская. — А ты думал найти здесь епископа?

Да, Флинт был мастер на эти дела. Хех! «Мёртвые не кусаются...» — говаривал он.

Наш Окорок не простой человек, – говорил мне второй боцман. – В молодости он был школяром и, если захочет, может разговаривать, как книга. А какой он храбрый! Лев перед ним ничто, перед нашим Долговязым Джоном. Я видел сам, как на него, безоружного, напало четверо, а он схватил их и стукнул головами вот так.