Кейси Уэллс

В холодильнике лежит ствол, а ты за каким-то хуем схватил сковороду! Точно! У меня действительно плохая карма...

— Я хочу знать только одно — на какой хуйне ты сидишь? — Что? — Я спрашиваю, какой хуйни ты нажрался, когда додумался приволочь в мой дом чемодан, блядь, этого говна?! — Чемоданчик был закрыт, Кейси. — Неужели? Ну так заяви на меня. — Некрасиво с твоей стороны рыться в моём барахле... — Я ведь не лез к тебе со своими услугами, Ник. Ты сам принёс это говно в мой дом. В мой дом! Куда я тебя, блядь, в гости пригласил. Знаешь, что делали в Древнем Риме, когда гость злоупотреблял гостеприимством?! Знаешь?! Ему отрезали хуй и приколачивали его, блядь, к воротам!

— Знаешь, что будет, если я нажму на курок? Знаешь?! — Потолок станет другого цвета.

— О чём ты думаешь? — Думаю о том, какой скандал устроит мне жена, когда узнает, что я впустил в дом «ковырялку» в розовом резиновом платье, которая сорвала нам участие в кулинарном празднике. — Платье красное, мудило.

— Значит, ты Кейси... — Точно. — А я — подруга Ника. — Заметно. — Могу я войти? — Ника сейчас здесь нет. — Я подожду. — А я немного занят. — Ну... я тихонько посижу. — Послушайте, леди, я же вам сказал, я занят. — Все в порядке, мистер Уэллс, я с удовольствием поговорю с вашей подругой. — Она мне не подруга. Она вообще, хуй знает чья.

— Бегом волоки сюда свою жопу. Забирай говно и пиздуй нахуй из моего дома! — Не получается, дружище. Я понимаю твою ситуацию, но, повторяю, мне здесь надо закончить одно дело. — А мне-то что? — Всего одно маленькое дельце. — Если ты не приедешь через пятнадцать минут, будешь забирать своё говно из хранилища улик в полицейском участке. — И что ты им скажешь? Что твой бывший партнер привёз тебе корзину с товаром, и ты почуял, что твой моральный долг — сдать его? Чёт мне не верится... — Слушай, ты, говнюк убогий! Я затрудняюсь придумать причину по которой мне не следует прохуярить в твоей башке дыру.

— Где дурь? — Я тебе скажу, если ты ответишь на один вопрос. — Конечно, валяй. — У тебя сейчас месячные? Ты выглядишь раздражительной, как будто у тебя месячные. — Ты ведь женат и ты, блядь, знаешь, что женщины ненавидят такие вопросы. Но будучи мужчиной, ты вопреки здравому смыслу всё-таки об этом спрашиваешь, да? Надо сделать одолжение твоей жене. Продырявить тебе башку. Можно подумать, каждая перемена настроения определяется у женщин месячными. Как будто это что-то объясняет. Да, у женщин часто меняется настроение, это факт. И еще для информации. Я самая настоящая сука. Независимо от того, есть у меня месячные или нет. А теперь я отвечу на твой вопрос. [Даёт понюхать свою «киску»] Удовлетворен ответом? — Пожалуй, ты права. Ты самая настоящая сука.

— Скажи, неужели это так охуенно трудно? — Что? — Отношения!

В этом чемоданчике нет ничего кроме вполне законных документов, ну может ещё упаковка презервативов...

Кто это, блядь? Я тот, кто ёбнул парня с ганджей. Всё твоё говно у меня, пидор. Да? Ну раз так, то ровно в семь у меня дома тебя ждёт миллион. Потому что я продаю это говно. Меня зовут Кейси Уэллс. Найти меня ты не сможешь, не надо спрашивать. Ровно в семь. Не опаздывай

— ...в доме Кувалды, в девятнадцать ноль ноль. — Где этот черномазый охватил такую охуенную кликуху? — Ты видел руку этого негритёнка, да? — Да. — Вот поэтому его и прозвали Кувалдой. Он сломал руку Джимми десятифунтовой кувалдой. Три года назад Лестор Джеймс по кличке Кувалда, был охуенно здоровым жеребцом. У него была целая конюшня кобыл, которых он ебал строго по расписанию. Но каждую пару недель ему хотелось чего-нибудь особенного. И как-то раз Лестер зашел в кабак со стриптизом. Он там запал на белую тёлку по имени Рейвен, которая отчаянно крутила сиськами. Ну и Лестеру её тут же захотелось по-интересному. А когда она послала его на хуй, захотелось ещё больше. Он подсыпал ей слегонца волшебного порошка и затащил к себе на хату. Там ей деваться уже было некуда. Ну и он оторвался как мог — выебал её во все дыхательные и пихательные, да причём с выдумкой. Ну а потом у него снова встал и он решил окончательно её опустить и заставил её отсосать. В общем, выдаёт он ей в голову и тут... Бам! Она откусила ему хуй. Под корень. К счастью хуй нашли и пришили обратно, но после этого он работает совсем не так. А беда в том, что подобные истории мигом разносятся. Ну и чтобы это пресечь, каждый раз, когда кто-нибудь заговорит об этом, он немедленно ебашит их кувалдой. Поэтому его так и зовут. — Ну а Джимми? — Ну, как ни крути со временем подобные истории выходят из под контроля. И как-то раз Кувалда опоздал на вечеринку. А Джимми возьми и спроси его: «Ты где был? Дрочил, что ли?» Ну а дальше — раз, и у Джимми сломана рука.