Кристофер Найт

Большое всего он мечтал о тишине: «Я унёс бы ее, сколько смог, ел бы ее ложками, смаковал по чуть-чуть, наслаждался вкусом. Я бы ее праздновал».

— Майкл Финкель

Я не привык видеть людские лица. На них слишком много информации. Разве вы не замечали этого?

— Майкл Финкель

Ему всегда было хорошо одному. Общение с другими людьми часто огорчало и утомляло его. Каждая встреча была болезненным столкновением.

— Майкл Финкель

«Я прячусь за молчанием, оно — моя защита», — писал он.

— Майкл Финкель

«Удивительно, как меня вдруг начали уважать. Видимо, молчание придает мне загадочности. Для меня молчать — нормально, это комфортное состояние». Позже он добавил: «Я замечаю, что…

— Майкл Финкель

Я использовал беспокойство, чтобы думать. Волнение может стать прекрасным стимулом для выживания и планирования жизни. А мне нужно было много планировать.

— Майкл Финкель

Я предпочитаю встречу умов, а не тел.

— Майкл Финкель

Я люблю, чтобы всему была замена и запасной вариант.

— Майкл Финкель

И мне предстоял долгий период мира... Хотя нет, не мира. Мир — слишком патетичное слово. Скажем лучше — долгий период спокойствия.

— Майкл Финкель