Неле

— Тиль, мы столько лет сражались! Целую жизнь! Теперь мы победили и снова куда-то идём... — Мы идём туда, где ещё нет свободы. — Значит снова кровь и смерть? — Да, кровь и смерть. — Ещё одна жизнь, а может быть две или три, десять или сто. До каких пор? — Пока человек, рождённый женщиной, не будет свободен везде и всюду. — Этот день не наступит никогда. — Значит, мы будем скитаться вечно!

Голубка дышит еле-еле, Коль отлетает голубок, Страданья душу одолели. Где мой дружок?

— А ты боишься Бога? — Нет. А ты? — А я боюсь... — Почему? — Не знаю. — Я, вообще-то, тоже боюсь, но всё время забываю об этом.

— Господи, что делают эти люди? — Они рушат идолов, которых сами создали себе. — Зачем? — Затем, чтобы создавать других и снова их разрушать...

— Тиль, я устала. — Скоро утро, ложись спать. — Я устала быть молодой... Я тоже хочу стать старой, как Ламме и его жена. Я хочу, чтобы у меня был дом и крыша над головой. Хочу, чтобы на столе стояла миска с горохом, а из печи пахло хлебом. А вечером в доме горела свеча. Я устала быть молодой. — Это твоя судьба, твой крест. Твой и мой. — Я знаю, Тиль...