Рокуро Окадзима (Рок)

— Деньги? Это бог?? — Это сила! Гораздо полезнее, чем бог. Кстати Рок, а что ценишь ты? Бога? Любовь? Не будь смешным. Когда я жила в нищете, Бог и Любовь уже были почему-то распроданы. А я тогда чего то ждала и верила, жаловалась богу. Пока жизнь не наказала меня, за то что я не совершала. Просто потому что оказалась по соседству. Чему ты можешь доверять в слабом, молодом возрасте? Деньгам! И оружию! С ними мир становится просто отличным. — Это ужасно. — Если бы я хотела жалости, то добавила в историю больше соплей. А я вижу мир трезво. Мораль здесь в том: что когда ходишь по краю, это единственное, что имеет значение. Не всем нравится быть как все, Рок. И ещё одно: жирные ублюдки, отдыхающие на Бали, сучки ничем сложнее, кроме своего макияжа, даже не занимавшиеся, я не хочу, чтобы ты слышал мой рассказ, как эти лицемерные ничтожества. Нет ничего хуже компаньонов, считающих тебя проституткой. Если ты хоть раз попеняешь мне моим прошлым, ты перестанешь быть своим и я вкушу твоей крови...

— Паршиво смотреть на город глазами живого человека, но ты сам выбрал этот путь или же тебе остаётся умереть по настоящему. Ты же ведь умирал здесь однажды. — Да, верно. Но не сейчас, Реви. Когда-нибудь, однажды...

— Зачем так стремиться к смерти? — Стремиться к смерти? Ты неправильно понимаешь — мы уже живые мертвецы, Рок. Датч, Балалайка, Чанг и другие. Каждый из тех, кто ходит по земле Роанапура. Хотя мы и отличаемся от настоящих мертвецов. — Отличаемся? — Да, отличаемся. Жив, мёртв — дело не в этом. Если ты цепляешься за жизнь, то страх застилает тебе глаза. Если у тебя нет страха смерти, можешь драться хоть до Второго Пришествия.

– Итак «Аполлон». Мы наняли человека, который отвезёт груз на базу, когда вы приплывёте. Рассчитываю на тебя Датч. Как и предсказывал, мне чуть не поджарили задницу, пока я до сюда добирался. И это совсем не смешно... – Принёс? Путевые расходы оплачиваются отдельно... [Реви пока мистер Чан и Датч договариваются о работе, выглянула в окно и увидела куча наёмников и готовящегося к выстрелу гранатомётчика. В прыжке от окна кричит по буквам.] – ЭР... Пэ... Гэ... – Какие они шустрые... Уже здесь. – Твоя информация устарела Чан. Работа отменяется. – Ты отказываешься? Тогда тебе придется платить за ремонт и ни вы, ни мы не выйдем отсюда живыми. До катера я вас провожу. Однако... давненько я не воевал. Где чёрный ход? – Я провожу Чан. Гранату... – Ага, спасибо. Без паники, Двурукая! В такой ситуации, испугаешься – погибнешь. – Чан открыл дорогу. Бежим. – Стареешь, приятель... – Не каркай, Двурукая. Ты конечно, крута, но не знаешь всей ситуации. – Ну, куда уж мне. Я просто иду за тобой. – Вот и славно! Я вызвал машину, она отвезёт вас в порт. – Да уж, я бы предпочёл лишний раз жизнью не рисковать. – Хватит ворчать Датч. Вам остаётся сейчас самое легкое, будешь на месте не забудь пароль...

— Сволочь ты. — Да. Но лучше, когда у тебя в друзьях сволочь, чем дурак.

Это город бизнесменов. Я попал сюда, закончив институт. Меня пинают начальники. Но попав сюда к этому быстро привыкаешь. Зимний город, где я живу.