Роман Малиновский

Переводчик уже интересуется, ни Сусанин ли моя фамилия! Хорошо ещё японцы, а не поляки...

Поздравляю, товарищ Жданов, вы вошли в историю! Думайте теперь, как из неё выйти!

Нет повести печальнее на суше, чем повесть об Андрюше и Катюше.

— Андрей Палыч закрылся у себя в кабинете, никого не впускает, кричит на всех, швыряется какими-то тяжелыми предметами и говорит, что убьет вообще всех, кто к нему зайдет! — Шура, я прошу вас: ну отправьте к нему Клочкову, а? Отправьте! Пусть совместит приятное с полезным.

— Выйди из образа! Жданов, ну относись к Кате как к уже очень хорошо изученной книге, да! Фильм, который ты посмотрел многократно. — А ты думаешь, я не пытался? У меня ничего не получается, Малиновский! Я не могу без Кати жить, ты понял?! Если это книга, то настольная, а если это кино, то которое пересматривать каждый раз приятно, как заново, понимаешь?

— Я ушел от Киры... — Боже мой, в 10 раз! Палыч, ну это уже юбилей! Надеюсь, я приглашен?

— Андрей, что это? — Дневник. — Чей? — Кати Пушкаревой. — Прекрасно, какие там оценки?

— Мы выплывем! — Создатели Титаника тоже так думали.

Глаза в очках, зубы в проволоке, в голове калькулятор, отзывается на кличку «Катенька»!

Женщины — удивительные существа... Чем больше они страдают, тем больше они любят...

— Я сказал Кире, что люблю Катю. Что самое главное — я не соврал. — Прекрасно. Ты перестал врать Кире, это прекрасно! Значит, скоро помиритесь. — Малиновский, ты что, глухой? Я люблю Катю!

Катерина, примите мои поздравления. Это — полный эпатаж, полный камуфляж, полный макияж, полный пик продаж!

— Посадить дерево... — И повеситься на нем! Сразу же!

— Ты — линейка, берешь фломастер за талию и проводишь линию в нужном нам направлении... — А ты не можешь быть линейкой? — Я не могу быть линейкой, потому что я степлер.

— Женщина ждет от брака в целом и от мужчины в частности спасения от одиночества, преданности и поддержки, а мужчина не готов к самопожертвованию. Когда я поняла эту простую истину, все сразу встало на свои места, и я завела себе пса. И получила все то, чего мне не доставало. Он искренне радуется, когда я прихожу домой, не скулит, если я забываю его покормить, и терпеливо ждет меня в машине, когда я беру его с собой на встречи. — А если песик увидит за окном симпатичную собачонку и захочет с ней сбежать? — Я его кастрирую. И, заметьте, он не перестанет меня любить.

— Она сказала «спасибо» — раз, улыбнулась — два, ну и подмигнула — четыре. — Стоп, а почему подмигнула — четыре? — Ну потому что она ещё не научилась подмигивать одним глазом!