Шарлотта

Я как оригами. Могу складываться пополам множество раз, пока не стану кем-то другим.

— Я тебя ни от чего не отвлекла? — Отвлекла, если честно. Перезвони через пару месяцев.

Когда же я сумею забыть тепло его рук? И запах его шампуня? Когда перестану слышать его голос, даже если он молчит? Я старалась запастись всеми этими ощущениями впрок, как запасаются зерном на зиму.

У меня постоянно спрашивают, как я, но на самом деле никому это не интересно.

— А как тебе твой человеческий муж? — Обнаружила лайфхак: как только он что-то спрашивает, я занимаюсь с ним сексом и он помалкивает.

Ложь и секреты всегда подобны раку в душе. Они поглощают всё хорошее и оставляют только разрушения после себя.

Когда тебе кажется, что ты прав, ты, скорее всего, заблуждаешься. То, что разбилось — кость, сердце, счастье — можно склеить, но оно никогда уже не станет целым. И что бы я ни говорила прежде, можно таки скучать по человеку, которого не знал. Я убеждаюсь в этом каждый день. Каждый день, что проживала без тебя.

— Я просто не понимаю. У тебя столько талантов, а ты… полицейский?.. — К твоему сведению, мне нравится изучать человечество. — Они едят, дорогой. Они постоянно едят. А затем еда перерабатывается. И не в лучшую сторону.

Знаете, иногда очень трудно воспринимать мир без иллюзий. Большинство людей так никогда и не научится принимать жизнь без прикрас и фантазий, такой, какая она есть. Возможно, это и к лучшему, потому что реальность подчас бывает невыносима.

— Знаешь, за что я тебя люблю? — Ну? — По сравнению с тобой я такая умница...

Я хотела, чтобы он испытал то же, что испытывала я рядом с ним, — это изумительное сочетание спокойствия, развратности и чуда. Хотела, чтобы он знал: всего лишь раз попробовав его, я безнадежно пристрастилась.

Как забыть, что этот «друг» видел тебя голой? Что он смотрел за тебя твои сны, когда ты слишком уставала? Можно наносить на свою жизнь бесчисленное множество новых слоев краски, но первые мазки всегда будут проглядывать.

Я просто не хочу быть одна. Давай обнимемся? Пожалуйста. Только без трусов, разумеется.

Я просыпалась с непривычным вкусом во рту — и сладким, и кислым одновременно;лишь через несколько дней я поняла, что это — обыкновенная надежда.

Разве можно скучать по человеку, с которым не знаком?

— Тебе приснился страшный сон? — Да. Очень страшный. — Побыть с тобой? — Останься со мной навсегда.