Солас

— Ты не скучаешь по жизни под землей? По зову Камня? — Не-а. Чем бы там ни был этот Камень с заглавной буквы, его уже не было, когда я появился на свет. — Но... может быть, ты все равно скучаешь? — Как можно скучать по тому, чего никогда не знал? Ну ладно, предположим, у меня было бы это чувство, связь с Камнем. Спрашивается, чего бы мне это стоило? Потерял бы я друзей наверху? Перестал бы рассказывать истории? Мне нравится быть собой. А если захочется песен — пойду в таверну. — Звучит мудро.

Порой мудрость — это дать человеку то, что ему нужно, а не то, чего он хочет.

— Как-то раз в Тени я увидел воспоминания человека, жившего в одиночестве на острове. Все его соплеменники умерли: кто-то от болезни, кого-то растерзали звери. Его жена скончалась при родах. Уцелел он один. Он мог бы попытаться выбраться, найти новую землю, новый народ. Но он остался. Каждый день он выходил на рыбалку в утлом судёнышке, а по ночам пил сидр и смотрел на звёзды. — Ну, бывает и хуже. — Как можно радоваться жизни, заранее сдавшись и зная, что с тобой уйдет всё? Как можно не пытаться бороться? — Наверное, всё зависит от качества сидра. — Наверное. Но, выходит, тебя устраивает греться на солнышке, задумываясь о том, кем ты мог быть? Не пытаясь бороться? — Ты все не так понимаешь, Смеюн. Это и есть борьба. — Безвольно принимать свою участь — это борьба? — В твоей истории про рыбака, который смотрел на звезды... Ты считаешь, что он сдался, да? — Да. — Но ведь он продолжал жить. Он всё потерял, но по-прежнему вставал по утра. Он добывал себе пищу, даже оставшись один. Таков мир. Ты строишь — он разрушает. Все, что у тебя есть, он когда-нибудь заберет. Все уходит. Выбор только в том, опустить ли руки в ожидании смерти или продолжать путь. Он продолжал путь. Если и можно достойно ответить миру, то только так. — Хорошо сказано. Возможно, я ошибался.

— Искательница, у тебя интересные способности, мне всегда было интересно, как ты гасишь магию. — Ты никогда не видел храмовников? — Я же отступник. — И за тобой никогда не гнались храмовники? — Я очень острожный отступник.

Нельзя обработать рану, не зная, насколько она глубокая. Как нельзя утолить боль, скрывая ее. Нужно это принять. Смириться и с кровью, чтобы что-то исправить.

На любой большой войне есть свои герои. Мне просто интересно, каким будешь ты.

— Ну что, Солас, сразу на меня набросишься или мне пока ждать и гадать? — О чем это ты? — Мы заключили союз с моим народом. Я подумал, что при твоей любви к Кун... — Мне обругать тебя? Упрекнуть в принятых решениях? — Эй, «Быки» погибли как герои за благополучный исход миссии. — Я иного и не утверждал. Дело в том, «Железный Бык», что ты кунари. Твои решения меня не могут разочаровать. Ты бездумная и бездушная пустышка. Какие решения? Ты их и не принимал никогда.

— Я слыхал, твои книги очень популярны, мастер Тетрас. — Не жалуюсь. — Искренне за тебя рад. — Правда? А где же сарказм, где взгляд свысока? — Мы живем в темное и недоброе время, дитя Камня. Почти все, во что народы верили, рухнуло. Если у тебя получается подарить им покой в мирах между страниц, ты уже делаешь больше, чем прочие.

— Железный Бык, как у тебя на родине надевают рубашки? — Мы их обычно не носим. Там и без них жарко. Но если воротник свободный, я что угодно могу надеть. Просто один рог сперва продеваешь, а потом натягиваешь. Есть выражение, означающее, что тебя застали врасплох. Звучит примерно как «бегать с одеждой на рогах». — Емко.

У моего народа есть пословица: «Больше всего крови — на руках целителя». Нельзя обработать рану, не зная, насколько она глубокая. Как нельзя утолить боль, скрывая ее. Нужно это принять. Смириться с кровью, чтобы что-то исправить.

— Как по-твоему, кто круче: Жозефина, Лелиана или Кассандра? — А Каллена мы даже не рассматриваем? — Кудряшка? Да они его просто для фона рядом держат, чтобы милыми казаться.

— Знаешь, что мне в тебе нравится, Смеюн? Твой бесконечный оптимизм. — Как хорошо иметь товарища, который додумывает тебе недостающие качества! — Нет, я серьезно. Стал бы иначе эльф-отступник помогать церковникам закрыть трещину в небе? — Если так посмотреть, то и не поспоришь.

— Ну вот, друг мой эльф, снова мы разгребаем людскую заваруху. — И чтобы делала Инквизиция, не уравновешивай её мы, а, мастер Тетрас? — Наверное, жгла бы все без разбору. — Вполне в духе большинства известных мне людей.