Среда

— Сверни здесь. — Нет, шоссе впереди. — Мы не поедем по шоссе. Ни сейчас, никогда. Никаких шоссе. — Ладно, ладно, никаких шоссе. А почему так? — Если видел одно, то видел все. Никаких приятных неожиданностей. Надо открыться красоте.

Порой кажется, что вселенная выбрала тебя мальчиком для битья. И в такие моменты нужно спросить себя: «Может, лучше быть незаметным?»

— А ты? Почему ты делаешь то, что ты делаешь? — Потому что мне так хочется. Поэтому это правильно.

– Да, кстати, как язычница вы кому поклоняетесь? – Поклоняюсь? – Вот именно. Думаю, у вас тут, наверное, обширный выбор. Так кому вы воздвигли домашний алтарь? Кому вы кладете поклоны? Кому вы молитесь на рассвете и на закате? Официантка несколько раз беззвучно открыла и закрыла рот, прежде чем смогла наконец заговорить: – Жизнетворному женскому началу. Сами знаете. – Ну надо же. А это ваше женское начало, имя у него есть? – Она богиня внутри каждого из нас, – вспыхнула девушка с кольцом в брови. – Имя ей не нужно. – Ага, – протянул, осклабившись, Среда, – так в ее честь вы устраиваете бурные вакханалии? Пьете кровавое вино под полной луной, а в серебряных подсвечниках у вас горят алые свечи? Вы ступаете нагими в морскую пену, а волны лижут ваши ноги, ласкают ваши бедра языками тысячи леопардов?

— А как мне называть вас, если возникнет необходимость? — Какой сегодня день? — Среда. — Хм, сегодня мой день. На нем и остановимся.

Информация и знания: две валюты, которые никогда не выходили из моды.

Старые боги — в этой новой безбожной стране.

Ты талантливей меня. У меня лишь два таланта. Первый — сплю где угодно и когда угодно. И второй — обычно я получаю то, что хочу. В среднем, со временем. Главное, заставить людей поверить в тебя. Важны не деньги, а их вера. Взять, к примеру, этот самолет, восьмидесятитонный кусок железа. Подушки для кресел и «Кровавая Мэри» не должны парить в небе, но тут появляется Ньютон, объясняет, что воздушный поток, облетающий крыло, создает подъемную силу или что-то такое. И вся эта хрень не имеет смысла, но между тем восемьдесят два пассажира верят в это настолько упорно, что самолет продолжает спокойно лететь. Благодаря чему мы не падаем: вере или Ньютону?

Может казаться, что у тебя есть выбор. Ты даже можешь решить, что не видел то, что ты видел... Безумен либо мир, либо ты. Оба варианта хороши, выбирай.

Люди творят богов желая понять природу вещей. А природа вещей такова, потому что её сотворили боги.

Свобода – сука, которую должно иметь на матрасе из трупов.

Не имея нужного обаяния, публике зубы не заговорить.

— Мне положено забрать у вас стакан, сэр. — Но вы не заберете, верно? Потому что иначе сказали бы «Я должна забрать у вас стакан, сэр» или «Я заберу стакан, сэр». Но этого не было, так что не беспокойтесь, я буду держать его очень крепко.

Не было на свете настоящей войны между двумя группировками, в которой бы каждая не считала себя правой.

Человек, только что вышедший из тюрьмы, должен всеми силами стараться не вернуться в нее.

— Нервничаешь? — Ни разу не летал. — Ерунда. Откинься, стань птицей и пей. Я предлагаю тебе червяка из клюва, а ты смотришь так, будто я трахнул твою мать. — Извините, нет... Я... Вы первый человек, который отнесся ко мне по-людски. — Еще не вечер.