Стивен Джеймс Эдисон

– Почему ты ешь только коричневые? – Потому что кто-то сказал, что в них меньше искусственных красителей — шоколад же и так коричневый. И эта мысль у меня как-то прижилась. Этот кто-то меня покорил. – Кто-то так и задумал. Ты как будто прижилась у меня в сердце.

– Ты не хотел женится, я это чувствую нутром. – Нутром? Чувствуешь что?!? – Точно. Ты жалок и растерян и всё время ищешь с кем бы переспать на стороне. – О Мэри, ты сама не понимаешь о чем ты говоришь. – Почему ты пошёл со мной в кино? – Почему Стив пошёл с тобой в кино? Ну, во-первых, потому что, Стив любит кино. У Стива был выходной. Стив сказал: «Эй, кино — это классно, почему отказываться», да и приглашение получил. – Почему Стив говорит о себе в третьем лице? – О чём ты говоришь? – Думаешь, что можешь сбить меня с толку, пудрить мне мозги? Не выйдет! – Пахнет сливовым компотом и плавленым сыром. – Что?!? – Да. Вот что ты сказала перед обмороком. – Не говорила. – Было дело. Если кто и хотел кого склеить, то это Мэри.

— Почему вы едите только коричневые? – Я думаю, что в них меньше искусственных красителей, ведь шоколад и так коричневый. – Очень научный подход, доктор Стив.

– Это был танец. Ура-ура. Ничего особенного. – Тогда почему ты почти меня поцеловал?

— Почему вы все еще лежите на мне? — Хороший вопрос. Видите, вон тот контейнер? Похоже, он пытался вас убить. Вы стояли посреди дороги, а он ехал прямо на вас. — Вы спасли мой туфель. Вернее, мою жизнь. — Я старался ради туфля. А вы мой дополнительный приз.

– Всё в порядке? Вы целы? – Цела. – Хорошо. Как себя чувствуете? Испытываете голокружение, удушье, тошноту? – Удушье испытываю. Иначе и быть не должно, вы же мне кислород перекрыли. – Хах, с головой хорошо. Это радует. Отлично. Но сотрясения нет, вы просто упали. – Что вы делаете на мне?? Вы легли на меня? – Хороший вопрос. Вас чуть эта штука не задавила, а я успел вас повалить.

– Ты же назвался Стивом. – Я и есть Стив, моя фамилия Эддисон, вот и появилось сокращенное Эдди. – Я бы тебя прозвала пошлым, лживым, дешёвым сукиным сыном! — Эй-эй! Если ты думаешь о том же, о чём и я... – То что я думаю, о ноже, яйцах и паре пусковых! Да, о мачете с пассатижами!

— Мы начнем с камелий, мы с Френ договорились. И, если тебе понравится что-то еще — только скажи. — Хорошо. Розы, венки... Статуи нам больше не надо. О, как на счет этой красавицы? — Интересно. Она называется «Кровоточащее сердце» — это цветок официальных погребений на Тибете. — Прекрасно. Я знал, что сумею выбрать.

Должна признаться, доктор, что у меня небольшие проблемы со здоровьем: иногда мне кажется, что мне вырезали половину мозга.

Я едва тебя знаю. Я не знаю, как зовут твоего отца, не знаю, носила ли ты скобки на зубах, контактные линзы или очки в детстве. Я понятия не имею, как ты стала организатором свадеб. Но мне знакомы черты твоего лица, каждая золотая искорка в твоих глазах. И я знаю, что тот вечер в парке был лучшим в моей жизни.

– А где Фрэн? – Она на Таити. На нашем медовом месяце. Свадьбы не было. – Почему? – Она хочет жить своей жизнью. А я... – Что ты? Чего хочет Стив? – Потанцевать. С тобой.