Теодоро

— Скажите, что Вы говорили? Как признаются в нежной страсти мужчины женщинам? — Как всякий, кто обожает и вздыхает, приукрашая сотней врак одну сомнительную правду.

Вышло плохо, видно сразу — и я работал по приказу.

— Так госпоже не отвечают! — Но ваша милость забывает, что господин отныне я! — А кто же я?.. — Моя жена. И слушаться меня должна.

Сталь подчиняется покорно: Её расплющивает молот, Её из пламенного горна Бросают в леденящий холод. И в этой пытке, И в этой пытке, И в этой пытке многократной Рождается клинок булатный!

Вам тяжело, что мы равны. Во мне любили вы слугу. Тщеславие всегда любило господствовать над тем, что мило.

Но только я в недоумении. Я не слыхал, чтобы любовь могла от ревности зажечься. Родится ревность от любви.

Наступит день и час, любовь к тебе придет, зови иль не зови. Где встретишь ты ее — не знаешь наперед, темны пути любви. Не слышен ее шаг, неведомы черты, таинственен язык. Но вот пришла любовь, ее узнаешь ты, узнаешь в тот же миг.

Давно известно — меж неравных Не уживается любовь.

Любовь всегда вколачивает с кровью науку ревности.

— Любовь стремится прямо к цели! — Стреляете и не глядите. — Кто ловок, попадет всегда! — Кто ловок, различает ясно — что пустяки, а что опасно!

Какой невежественный лекарь! Какое грубое знахарство! Чего и ждать, когда лекарство Изготовлял такой аптекарь!

Не знает счастья только тот, кто зова счастья не услышит.

Я уезжаю в дальний путь, но сердце с вами остаётся.

Я знаю твердо, что любовь пройдёт, когда два сердца разделяет море.

Любовь — кипение в крови, вихрей зов. Она не знает страха, смотрит властно. Любовь — огонь и молнии и гнев. Бороться с ней и спорить с ней опасно.

Хотите, чтоб я понял вас, И я же глуп, когда вас понял!