Томас Эскурра

— Ты говоришь, что не выносишь Мариссу, но всё время пристаёшь к ней. — Пусть она хоть умрёт, мне всё равно, но сначала я должен узнать, что случилось.

— Томас Эскурра

— У меня ноги не шевелятся. — У тебя мозги не шевелятся, причём с детства.

— Томас Эскурра

— Пойду-ка я в бар. — Выпить яду?

— Томас Эскурра

— Соображаешь, хоть и дурак с виду. — Ты тоже ничего, только тупой.

— Гвидо Лассен

— Бегом в класс. — У нас перемена! — Тогда в туалет.

— Марсель Дуноф

— Маркос займётся физикой. — Нет, сначала закончим с Лопа де Вега. — Я законспектировала овечий источник. — Какой источник? Нам задали читать что-то про экологию? — Считать овец —…

— Диего Уркола

Вот ещё. Я похож на соловья? Хотя, из глухих слушателей никто не жаловался.

— Эскурра. — Что? — Директор вызывает тебя к себе в кабинет! — Глория, вы что, не видите, что я здесь сажаю невесть знает что?!

— Глория

— Ну, ты её трахнул? — Да меня самого чуть не трахнули!

— Гвидо Лассен

— Сколько можно лежать? — Я тренируюсь лежать в гробу.

— Пабло Бустаманте

— Я возьму это на вооружение. — Тебя тут же сдадут в психушку! — Где они только набрали таких жеребцов?

— Томас Эскурра

— Ты по жизни победитель. Ты должен бороться за неё. — С кем бороться, с двухметровым громилой? Издеваешься?!

— Гвидо Лассен

— Как вы не понимаете?! Вдруг его похитили?! — Много денег попросили?

— Марсель Дуноф

— Привет, Томас. — Это ты — Томас, идиот.

— Томас Эскурра

— Что я творил? — Орал всю ночь, блевал, в кровать пописал. — Пока ты не заснул, Сантьяго с тобой сидел. — Вот идиот! Наверное, всякой ахинеи еще какой-нибудь нагородил? — В любви…

— Пабло Бустаманте

— Какой милый акцент, ты откуда? — Из Сантьяго-дель-Эстеро, он переехал сюда. — А лошадь хорошо припарковал? — Могу подвинуться, привязал ее рядом с твоим трехколесным.

— Фелиситас Митре