Верити Блейми (Полдарк)

— Твой отец, — сказала Верити, — всегда хорошо ко мне относился. Но у него был бешеный, необузданный и мятежный нрав — совершенно не такой как у тебя. Ты тоже готов выступить против власти, когда видишь, как чьи-то права несправедливо посягают. Он же своей необузданностью бросал вызов и наслаждался этим. — И ты думаешь, что в этом Валентин похож на него? Наверняка у многих молодых людей... — У них по-другому. Или это только мне так кажется. Будто он способен с улыбкой столкнуть кого-нибудь в пропасть. — Что ж, неплохая рекомендация для сына твоей невестки.

— Береги свою свободу, кузен. — Она в опасности? — Множество девушек с радостью сменят фамилию на Полдарк.

— Да, ты верно подметила, без Джуда и Толли никак не обошлось. Толли обычно приводил с собой женщину. А Джуду приходилось довольствоваться только выпивкой: Пруди дышала ему в затылок... Вероятно, я бунтовал против всего этого из чувства порядочности. — Порядочности? О да, в некотором роде. Но двадцать лет назад мало кто согласился бы с этим! Или даже десять лет назад. Сам знаешь. — Что ж, теперь я полосатый кот, греющий бока у камина, сообразно своему положению. — Если ты начинаешь нести чепуху, это верный признак, что я слишком у тебя загостилась.

— Как я рада за Демельзу! — Да уж. Она тоже рада. — Росс, не переживай ты так. Для этого я и пришла. Вот бы у меня родились еще хотя бы двое детишек! Но этому не суждено было случиться. А тебе очень повезло! — Вот и увидим под Рождество. Она-то, конечно, будет сама не своя от счастья... — Он помолчал и улыбнулся. — Большая радость, да?... Да, так оно и есть, не правда ли — пусть даже в виде крошечного комочка. Все женщины это чувствуют. — Ты сам это почувствуешь. — Уже сейчас я порой нахожув детях отнюдь не только радость!

— С Элизабет так странно получилось, так скоро... Поначалу она даже не замечала Фрэнсиса. — А потом как-то вдруг заметила его шахту, его дом, его имение...

Это величайшее сокровище в жизни — любить и быть любимой.

Полдарки быстро злятся и медленно прощают.

До вашей встречи он был надломлен, потерян. Я утешилась, что теперь с ним есть кто-то, кто сможет спасти его от собственного одиночества. Но сейчас я вижу, что это нечто большее. Ты дала ему надежду. А жизнь без надежды — лишь пустыня.

— Жаль, что ты не танцуешь, Росс. — Спасибо американскому мушкету, что избавил меня от этой пытки.

Дети — естественное следствие брака.