Виктор Петрович Ковров

— Ну какой ты у нас неловкий, Витенька! Ну? Ну разве может женщина свой секрет сразу двум мужчинам открыть? — Да ладно, Фома, это ты знаток, людовед. — Это ты у нас в магических сферах витаешь, а мне, грешному, по земле приходится: то зайчиком, то мышкой, то котиком ласковым прикинусь. Ну ты же знаешь, моё волшебство — житейское.

В сфере услуг ещё, к сожалению, характер требуется: не докажешь — не получишь!

Пойми, для того, чтобы проходить сквозь стены, нужны три условия: видеть цель, верить в себя и не замечать препятствий!

— Вы, Ковров, магистр или вы не магистр? — Ну, магистр. — Без «ну», пожалуйста. — Можно без «ну», но и без НУИНУ тоже. — Нет, вы неправы, молодой человек. Только в нашем институте в штатном расписании есть маги и чародеи. А без нашего института вы кто? Так вот... Тьфу! Отдельная личность.

— Я его в прах превращу, в землю, в слякоть, в грязь, в это самое… — Всплывёт.

― Непредставительный какой-то, хлипкий... ― Так он же музыкант, а не грузчик.

— Сам додумался? — Да ты что? Сам лично Сатанеев проруководил! — Вот дуб! — Да... Этот «дуб» у нас ещё пошумит...

— Да? А как воду в вино на всю зарплату превращать, это ты умеешь? — Ну что ты меня каждый раз попрекаешь этим? Это когда было?

— Открой! — Чуть погодя. Вот с Иваном поговоришь и баиньки. — Сам поговоришь, ты чародей, ты больше получаешь. — Кто больше получает, это только бухгалтерия знает. Тут же Фома волшебство нужно житейское. Понимаешь? А у меня голова болит. У тебя это получится значительно лучше. Так что приготовься, сейчас в купе отправишься. — Ты что? Ты что, Витька, ты что с ума сошёл? Меня же за вора вагонного примут! Меня же арестуют! Меня побьют! — Фома, ты представляешь? Есть лешие, домовые, водяные, а ты у нас Вагонным будешь. — Ты же добрый волшебник, тебе это не к лицу! — Ну не пуха тебе, ни пера, Вагонный!

— Ну, сквозь стену ты сам пройдёшь. — Витенька, ты же знаешь, я не люблю этого. Ну пожалуйста... — А... давай. Всю жизнь ты на мне ездишь. Захребетник. — Это ещё кто на ком не известно, если в корень смотреть. Видишь, привидение. И здесь тоже... — Ну. И долго ещё будешь сидеть? Слезай! — Как я не люблю сквозь стены проходить... — Зато любишь на чужом горбу по кабинетам шастать. «Монах», не обращай внимания. — Типичный «Монах». Витенька, я его покараулю здесь пока... Ладно? Витенька, а может ты его развеешь, а? — Да он сам к утру развеется.

Главное, чтобы костюмчик сидел Так, чтобы в жизни себе не простили Те, кто такого себе не пошили. Их непригляден и жалок удел.

― Ты чего с трубой за санями помчался? Ты чего, колдануть не мог? ― Представляешь, забыл. ― Склеротик!

― Где ансамбль? ― Э... Там. ― Один? ― А сколько? ― А остальные? ― Едут... Летят... Воспоследуют. ― А это кто? ― Где? ― Там. ― А это... тренер... э. Композитор. Дирижер.

Главное, чтобы костюмчик сидел - Непринужденно, легко и вальяжно. Всё остальное, поверьте, неважно… Нет и не будет серьезнее дел.

Чтоб, от восторга дыша еле-еле, Гости на этот костюмчик глядели. Чтобы невеста, сомлев от пошива, Вдруг поняла, что она поспешила!

— А копейку? — Да ладно, оставь ты ей эту копейку. Пошли, Фома, некогда. Пошли, пошли. — Да нет, копейка рубль бережёт! — А что, «пожалуйста», значит, уже ничего не стоит? — «Пожалуйста» у нас в ассортименте.