Владислав Викторович Поляков

— Тебе нужно было становиться акушером. — Чего? — Любишь доставать людей.

— Здрасьте, я Света. Актриса. На пробы сегодня приходила. — А, так ты из этих. Так они все ушли давно, ты то чего тут осталась? — Так я ж так и не попробовалась. А вы, Владислав Викторович, я полагаю? Главный, да? Попробуйте меня! Вы убедитесь, я идеально подхожу на роль. — Но, как попробуетесь? Мы же уже взяли на роль. — Выделите мне буквально десять минут и вы убедитесь. Я вам продемострирую весь свой талант. Только партнёра нет, вам мне придётся подыграть. — Но я текст не знаю. И... — У него нет. Это любовная сцена. — Пойми, Герман, моя любовь к тебе будет вечной. Как череда цветения сакуры у подножия Фудзиямы. Моя любовь к тебе так сильна, что я... готова отсосать тебе прямо здесь! — У нас такие слова там были?!? — Это импровизация. Подержите пожалуйста. [даёт ему жвачку из рта и опускается на колени под звук растегиваемой ширинки и делает Полякову минет]

— За-е-бись! Взлетели, блядь. — Да это ж лютая хуйня.. — Это лютая хуйня с рейтингом!

— Пиво. Светлое, темное? — Похуй! И чипсы... — Чипсы тоже похуй?

— Моя роль заработана. Я за неё сосу, как мелкий пылесос, дружок. — Вот же говорящая срака... Да и скажи ему, что ты со мной трахалась и что у меня хер, как штакетина от забора. Иди на хер, ***а тупая...

Здесь я директор этой ёб**ой колонки! А вы, бл*дь, заправщики!

– Я вчера разрешил детям поскакать по капоту машины. – Сильно. А какая здесь идея? – Так дети, не мои, да и машина правда не моя. Но сколько удовольствия мы получили!

На**я мне золотой парашют?