Call of Duty: Infinite Warfare

— Босс, кого ненавидят все парашютисты? — Кого? — Моль, конечно. — Мудрые слова, лейтенант.

Это крупнейшее внезапное нападение в мировой истории! Как его можно было не заметить?

Мы не оплакиваем мёртвых, мы вооружаем живых.

Свобода — признак глупости и трусости. Свобода — главный порок землян. Свободе нет места под нашим Солнцем. Мы не позволим Земле наращивать промышленность, развивать экономику и вооружаться. Все усилия S. D. F. должны быть направлены на то, чтобы положить конец свободной Земле. Единственной непобедимой армией Земли будет армия S. D. F... Власть Марса над Землёй — единственное мерило добра и зла.

— У меня глюки, или ко мне на мостик явился крутой пилот «Шакала»? — Да вот, решил посмотреть, как вы живёте. — И чему я обязан столь приятным визитом? — Да просто заглянул, Крок. — Не верю. Ты ведёшь разведку для восьми первоклассных лётчиков, которые не желают светиться сами. — Я на задании. — Так и знал. Дай угадаю. Операция «Какого чёрта адмирал забыл на борту», верно? — На самом деле, я не знал, что адмирал здесь. Видел только, что капитан Олдер с половиной СТРАТКОМа пропустили свой роскошный завтрак из-за совещания. Что-то затевается. — А почему ты? — Жребий вытянул. — Да ладно заливать! Это твоя эскадрилья: они смотрят на тебя снизу вверх. — Только если они сидят, а я стою. Так что ты не можешь мне рассказать, а я не могу повторить? — Сегодня утром капитан Олдер показал мне вот это — данные со спектроскопа глубокого сканирования. Размерчик впечатляет. — Твою мать!.. — 300 метров в длину и где-то 50 — в ширину. Здоровенный корабль. Проблем с парковкой не оберёшься. — Не нравится мне это. Если бы Господь Бог хотел бы видеть флот на Земле, он бы сделал небо коричневым. Пешеходы из пилотов хреновые. — Да уж, о небо ещё никто не бился. Пускай «Возмездие» и летает как утюг, но я свою старушку обожаю. — Думаешь, они отменят празднование недели флота? — Из-за размытой картинки? Сомнительно. Со времён Лох-несского чудовища люди изменились. К тому же, это — вопрос гордости и амбиций. — Типа, «шоу должно продолжаться». Лучше бы мы были в патруле. — Согласен, но под присягой всё буду отрицать. — А я тебя сдам. — Не забудь — я управляю здесь всеми здешними шлюзами. Кое-кто может «случайно» оказаться за бортом, а плазменные вихри — штука суровая. — Я на тебя Солтер натравлю. — Да уж. «Термоядерный аргумент» с хвостиком. — Спасибо за информацию, Крок. — Не за что. Заглядывай почаще.

— Вы не ошиблись. Мы сотрём все следы вашего существования с лица Земли, до последней пылинки. Вы на себе познаете смысл слова «утрата». Мы станем архитекторами вашей боли, мы возведём памятник в честь вашего уничтожения. Весь мир станет свидетелем нашего восхождения. Мы повергнем вас с небес и похороним в тьме. Знайте это, и знайте нас. Мы — ваши враги, имя нам — S. D. F.! — Это лейтенант Рейес! Передаю вслепую — повсюду силы S. D. F.! У нас ещё остался шанс: мы прорвали их защиту — переходите на защищённый канал связи. Мы всё ещё в силах сопротивляться!

Марс вечен!

— «Адмирал Котч! Данные у нас, но орудие уничтожено. Приступаем к операции «Райа»». — Что такое «Райа»? — Не знаю, нашлемная камера отключилась. Связи нет уже 18 часов, S. D. F. не выставил требований. — А зачем им выставлять требования? Они захватили базу, убили троих и сбили пилота. — Нашу группу отправили за секретным оружием на закрытый объект. — Этот объект строго засекречен! Как вообще S. D. F. туда пропустили? — Согласно договорам, все народы имеют право свободы... — Сэр, это задача для полной боевой группы! Не для четвёрки бойцов! — Лейтенант, прошу вас вести себя более дипломатично. И смените тон. — ... Есть, сэр. Кто ещё знает про это? — Сейчас — воздушное командование... и вы. — Адмирал, это же прямой акт агрессии. Мы должны быть в патруле, а не пускать тут фейерверки. — Военная доктрина запрещает применение крайних мер в таких случаях. — Значит, мы воткнём стволы в песок и будем любоваться парадом флота? — Рейес, поймите меня, по-человечески, я совершенно согласен с вами — нам надо нападать... — Так почему «нет»? — Они — политики, Рейес: подотрутся любым флагом, лишь бы заводы дымили. И для них идея вооружённого наступления — полный кошмар. Войны нет — военные не у руля. — Но когда она начнётся, будет поздно. «Сомнение — дыра в голове. Оцени проблему и действуй». Вы твердили это в лётной школе. — Ты всегда был хорошим учеником. Страт. Ком. в курсе наших проблем. Пока применение силы не рассматривалось на оперативном уровне. Законы войны, сынок. — Спасибо за разъяснение, сэр.

— Тут были гости из Бюро огнестрельного оружия. — Не слышал. А что случилось? — Наши предприимчивые русские братья провернули сделку со своими канадскими друзьями. Показательный хоккейный матч с распродажей армейских излишков. — Незаконно? — До крайности! Флот подключил Бюро, устроили проверку — типа, меры приняты. — Звучит знакомо. Небось, всё верх дном перевернули? — Они были здесь меньше пяти минут. Бегло проверили имущество и попросили подрегулировать свои пушки. Шапку вот подарили. Ха-ха-ха! — Отлично... — Оружие, алкоголь, табак. Было время, когда виски, сигареты и «Кольт» можно было купить с одного прилавка в одном магазине... Я опять убеждаюсь, что поздно родился. — Старые добрые времена... Тоскуешь по Дикому Западу? — По Дикому Востоку! Девятый век, Китай, династия Тан. Изобретение пороха. Вот это — моё. — Знаешь историю? — Делал в шестом классе доклад для мисс Триллскот. Какая была училка! Строгая, но с достоинствами. — И что ты получил за тот доклад? — «Три с минусом». Специально писал карандашом. Наказанием был час дополнительных занятий с мисс Триллскот. — Добился своего? — Мне нравилось в школе. Однообразная муштра по шесть часов в день. Ходить в ногу, носить форму, соблюдать правила. Командный дух и немного порядка — что может быть лучше? — Армия — не стадо овец. — Нет, конечно. Но любой механизм состоит из деталей: пружинок, винтиков, шестерёнок... Сами по себе они бесполезны, но если их правильно собрать, можно получить кое-что мощное и точное. Это не стадо. — Мисс Триллскот тебя хорошо учила, Грифф. — Лейтенант, я сполна отрабатываю свои деньги на самых поганых войнах. Но будь я проклят, если мне нельзя искать утешения в простой красоте пистолета и училки шестого класса!

Сэр, мы находимся в тылу противника, в самом опасном месте. Времени мало, передаю информацию. Вы отдали приказ, понимая, что возврата не будет. Вы сделали то, что были должны. Я горжусь вами. Вы — прирождённый лидер, сэр. Сегодняшний день был худшим в истории и — простите меня за такие слова — лучшим в моей жизни. Я сделал всё, чему меня учили, и даже больше. Это был славный бой. Адмирал Рейнз говорил, что о солдате судят по последнему бою. Если это так, то я могу точно сказать, что мы чертовски хороши. Лучше сгореть, чем заржаветь. Возможно, вы так и не прочтёте это, но мне больше некому писать. Там, над Титаном, вы сказали, что мы братья. Я всегда хотел понять, что такое семья. Теперь я понял. Металл-0-1, связь закончил. Ваш брат, Итан.

Гражданин и солдат — одно и то же.

Моей дорогой супруге Оливии и дочери Ниссрин. Если вы это читаете, я не вернулся домой. Я был готов к опасности и смерти. Надеюсь, я встретил их с достоинством. Моя жизнь была короткой, но счастливой. Я женился на идеальной женщине. У меня скоро будет замечательная дочь. Разве я могу желать большего? Я люблю тебя, Оливия. Дай жизнь нашей малышке и вырасти её для меня. Рассказывай ей про папу. И, прошу тебя, не бойся искать своё новое счастье. Ниссрин. Здраствуй, малышка. Я улетел до твоего рождения. Прости, что я не смогу видеть, как ты растёшь. Папа всегда хотел сделать этот мир лучше. Поэтому ты и родилась. Вспоминай меня в своих молитвах, но старайся делать хотя бы по одному доброму делу в день. Берегите себя, родные. Виктор.

Любой режим, не имеющий намерения воевать, бессмыслен и бесполезен.

— Говорит адмирал Сален Котч с «Олимпа». Всем силам U. N. S. A. приказано немедленно сдаться и сложить оружие. — Мы не подохнем на коленях! Ни здесь, ни где-либо ещё! — Капитан Рейес, я обращаюсь к «Возмездию». «Тигр», корабль U. N. S. A., уничтожен. Мы придём к победе, врагам «Фронта» пощады не будет. Вы проиграли, шансов на победу нет. Мы продолжим борьбу с вами изнутри и снаружи вашего гибнущего мира. Ваши города сдадутся, обескровленные и слабые. Мы похороним ваших братьев и выследим сыновей. Смерть — не бесчестие. Марс вечен.

В смерти нет бесчестья.

Моя дорогая супруга Сара, Ной и Эбби. Если вы это читаете, то с полной уверенностью можно сказать, что я погиб во имя благой цели. Победа важнее жизни любого из нас, и я с радостью отдаю свою жизнь за отряд и семью. Эбби. Прости, что я не сумел вернуться домой. Надежды на твоё светлое будущее дали мне силы защищать всё, что дорого сердцу. Ты всегда будешь моей милой крошкой... Ной. Расти честным человеком. Держи данное слово. Прибегай к насилию только в крайнем случае. Теперь ты хозяин в доме. Сара. Береги наших деток и постарайся простить меня за то, что я оставил тебя одну. Если бы я не погиб на поле боя, то умер бы рядом с тобой. Вот и всё. Не забывайте меня.