Андрей Андреев

...а нужны ли нам боги? И нужны ли им мы? Мир застыл на пороге бесконечной зимы.

Не убаюкать чудище сладкими новостями, нас пожирает Будущее, смачно хрустя костями.

Мироздания вечер однотонный этюд... Поспешай человече! Опоздавших не ждут. В свете божьих феерий ты ничтожен и мал...

Льется иной стих - — как по стеклу мёд. Стал я теперь тих, будто уже мёртв; попросту нет сил, холоден стал, нем...

Обожди. я немного устал на бегу. Эта жизнь на износ не оставила шанса. Мы бежим в непроглядную тьму. И вмешаться не спешит нас пасущий на этом лугу.

Всё торопилось жизнь свою начать, бежать вперёд, едва с часами сверясь... И гражданам наивным «Роспечать» преподносила глянцевую ересь.

Я сам пришел. На третьи сутки. Когда закончились банкноты. Когда друзья и проститутки осточертели до икоты.

Я бы до лет ста жизни тянул нить, но где-то там та, что не смогла жить...

Мы глотаем отраву. Мы живём второпях. Нам досталось по праву право сдохнуть в цепях.

Ты скучала. Опять не по мне. Ничего ты в виду не имела, зажигая свечу на окне. Просто лампочка перегорела.

Увы, мадам, минули времена, когда мы парой были «всем на зависть», а на подходе новая весна... Что вы сказали? Не пойти ли на?...

Поэт!... Иному не чета. Что гусь свинье, поэт — народу. Но жизнь, в которой ни черта не происходит год от году, и только копятся долги, и только множатся болезни... Что зарифмованной строки бессмысленней и бесполезней?

Даже если поделишь всё на правду и ложь, ни черта не изменишь, ни черта не поймёшь.

Я люблю тебя так, как любят сошедший снег; так как узник любит задуманный им побег; так, как приговорённый любит последний день; так, как любит каждого созданная им тень.

Город, привычно пасущий людей стада, полуденный зной обволакивал похотливо.