Донато Карризи

Когда справедливость уже нельзя восстановить, остается выбор между прощением и местью.

... избыток совершенства утомляет.

Любовь заражает все памятью о себе, думал он. Любовь — это радиация. Так, стоило прикоснуться к чему-то принадлежавшему той короткой поре, когда они были вместе, — следовательно, к тому, что и она использовала, вертела в руках, сжимала в пальцах, — невидимые флюиды тоски, содержавшиеся в предмете, проникали в ладонь, поднимались к плечу, к спине, а затем опускались к сердцу.

Обычно концу света предшествует спокойный день. Люди идут на работу, садятся в метро, платят налоги. Никто ни о чем не подозревает. Да и с чего бы? Каждый продолжает делать то, что делал всегда, опираясь на простейшую предпосылку: если сегодня все так же, как вчера, почему завтра что-то должно измениться? Иногда конец света наступает для всех. Иногда для кого-то одного.

Чтобы пережить зло, иногда нужно сделать вид, будто его не замечаешь.

...когда умирает любимый человек, для тех, кто остается, все, что было в последний раз, превращается в орудие пытки.

Ничто не длиться вечно. За всю мою жизнь я усвоил одно: наши действия не зависят от того, насколько верно мы планируем или воображаем себе будущее. Нет: они диктуются тем, что мы чувствуем здесь и сейчас. Так что и наш брак может не продлиться всю жизнь, это не важно. Главное, я хочу этого сейчас. Пусть я буду несчастен потом, я готов рискнуть, лишь бы сейчас испытать счастье.