Фёдор Достоевский

Пусть я не достигну ничего, пусть расчёт неверен, пусть лопну и провалюсь, все равно — я иду. Иду потому, что так хочу.

— Аркадий Макарович Долгорукий

Если б я имел власть не родиться, то наверно не принял бы существования на таких насмешливых условиях.

— Ипполит Терентьев

Меня зовут психологом. Неправда. Я лишь реалист в высшем смысле, — то есть изображаю все глубины души человеческой.

Фантастическое составляет сущность действительности.

Изо ста кроликов никогда не составится лошадь, изо ста подозрений никогда не составится доказательства.

— Порфирий Петрович

Скажите, пожалуйста, много ли таких людей, которые других-то резать право имеют?

— Дмитрий Прокофьевич Разумихин

Меня эти невинные глазки, как бритвой тогда по душе полоснули.

— Фёдор Павлович Карамазов

Человек всю жизнь не живет, а сочиняет себя, самосочиняется.

Человек только своё горе любит считать, а счастья своего не считает. А счёл бы как должно, так и увидел бы, что на всякую долю его запасено.

— Записки из подполья

А почему я говорю много слов и у меня не выходит? Потому что говорить не умею. Те, которые умеют хорошо говорить, те коротко говорят.

— Петр Степанович Верховенский

Ничего не бойся, и никогда не бойся, и не тоскуй. Только бы покаяние не оскудевало в тебе — и все Бог простит. Да и греха такого нет и не может быть на всей земле, какого бы не пр…

— Братья Карамазовы

Я пустил в ход величайшее и незыблемое средство к покорению женского сердца, средство, которое никогда и никого не обманет и которое действует решительно на всех до единой, без вс…

— Аркадий Иванович Свидригайлов

Небо было такое звездное, такое светлое небо, что взглянув на него, невольно нужно было спросить себя неужели же могут жить под таким небом разные сердитые и капризные люди?

— Белые ночи

Какие мы еще дети, Коля! И… и… как это хорошо, что мы дети!

— князь Мышкин

... ни одного мгновения на копейки ценить нельзя, и иногда пять минут дороже сокровища.

— Идиот

… я с товарищами был на ты, но ни с кем почти не был товарищем, я сделал себе угол и жил в углу.

— Аркадий Макарович Долгорукий