Максим Ильяхов

Когда нейросетевые алгоритмы станут массовыми, работа автора изменится, но сам он останется. Вот кто такой хороший автор в эпоху нейросетей: он чувствует повестку и контекст, понимает, что сейчас уместно, а что будет пользоваться спросом; интересуется читателем, его жизнью и проблемами; в какой-то степени владеет технологиями продаж, воздействия и убеждения, умеет замечать, когда кто-то другой манипулирует мнением читателя; разбирается в визуальном повествовании и многоканальных коммуникациях, понимает, где лучше сделать видео, а где нарисовать картинку; его богатство – жизненный опыт, глубина, понимание людей и мира, как у хорошего сценариста или кинорежиссёра.

Нейросети не заменят человека в тексте, потому что читателям не нужны нейросети как таковые. Читателям нужны другие люди: их взгляды, характер, ответственность и авторитет. Если у вас это есть, беспокоиться не о чем.

Можно представить, что публикации в соцсетях – это как волны в океане. Сегодня вы запускаете волну, кто-то на неё прокатится, она дойдёт до берега и стихнет. Чтобы снова привлечь людей, нужно постоянно создавать новые волны – то есть публиковать новые тексты или повторно показывать старые.

Придумать для проблемы нестрашное слово — это что угодно, но не путь к решению.

Лучше просто об умном, чем сложно о ерунде.

Текст пишут все. Не только писатели и журналисты. Менеджер в офисе, клерк в банке, учитель в школе, чиновник в мэрии — все что-нибудь пишут. Своим текстом они влияют на мир не меньше, чем писатели и журналисты.

Не уверены в слове — не пишите.

Что стоит за штампами. Ещё одна важная проблема – штампы скрывают неочевидные мысли. Например, человек говорит: Не хочу работать на дядю. Обычно это говорится с раздражением и некой интонацией, мол, вы же понимаете, что я имею в виду. На самом деле, на каждого «не хочу работать на дядю» означает что-то своё: Я не хочу, чтобы мне указывали, что делать. Хочу работать над тем, что интересно, а не заниматься монотонным трудом. Не могу вставать в семь утра и ходить в офис; чувствую, что жизнь проходит в транспорте и на неудобных стульях. На работе говорят, как важно «быть частью компании», а я не хочу быть чьей-то частью, я хочу быть собой. Раздражает это лицемерие и неискренность. Меня не устраивает зарплата, в своём деле я могу зарабатывать столько, на сколько хватит моих способностей. Со штампами знакомая формулировка прячет новые смыслы.

Критиковать работу — можно, а человека — нельзя.

Текст есть во всём, что мы делаем. И от того, как он написан, часто зависит успех нашего дела: услышат нас или нет, поймут ли нас правильно, убедим ли мы других, поверят ли они нам.