29 июля 2026, среда
Тома Д’Ансенбур
Раздел

Тома Д’Ансенбур

33 цитат

Д’ансембур родился в Бельгии в 1957 году. Он работал юристом и юрисконсультом в Брюсселе в течение пятнадцати лет и параллельно, в качестве добровольца, состоял в ассоциации по оказанию практической психологической помощи молодым людям, оказавшимся в трудной жизненной ситуации. Автор утверждает, что обучение методам ненасильственного общения у автора «программ мира» Маршалла Розенберга перевернуло его жизнь с ног на голову. Тома Д’ансембур стал сертифицированным психотерапевтом и тренером по методике ненасильственного общения. С 1994 года специалист ведет конференции и тренинги в Европе, Квебеке и Марокко. В 1996 году совместно с психиатром Квебека Ги Корно эксперт основал ассоциацию Coeur.com. Тома Д’Ансембур – автор работ по межличностным коммуникациям и психологии отношений. Его книга «Хватит быть хорошим! Как прекратить подстраиваться под других и стать счастливым» стала бестселлером, разошлась тиражом более 500 000 экземпляров и была переведена на 26 языков.

Род деятельности
писатель, психотерапевт
Место рождения
Бельгия
Дата рождения
17.12.1957 (возраст 68 лет)
Почему родителям так трудно выслушать подростка? Чаще всего потому, что им кажется, что они должны что-то сделать, придумать, добиться результата, найти решение – по возможности мгновенно. Однако бывает, что они не видят решения и чувствуют себя бессильными или устали от попыток его найти. И чтобы избавиться от вызываемых бессилием напряженности, страха или усталости, они спасаются бегством, отрицая проблему («Но это не так важно… Ты преувеличиваешь… Сделай усилие над собой… Жизнь не всегда бывает легкой…»), либо реагируют агрессивно («Ты сам виноват, ты плохо стараешься… Если бы ты лучше учил уроки…»). Вместо того чтобы просто найти время и пойти навстречу ребенку, внимательно выслушав его.
<...> фундаментальные основы нашего существования: мы нуждаемся в ощущении смысла своей жизни, ее человеческой, философской, духовной значимости, а также мы нуждаемся в том, чтобы чувствовать, что мы существуем во плоти, что живем и трепещем, что можно до дна испить наслаждение от того, что ты живешь. Если мы конструктивно не позаботимся об этих потребностях, мы рискуем попробовать удовлетворить их деструктивным образом.
Если на меня нападают на улице, и у меня, чтобы избежать удара, нет другого средства, кроме как самому нанести удар, я это сделаю. Не для того, чтобы напасть, а для того, чтобы защитить свою жизнь. Жизнь и только жизнь служит мерилом законности применения физической защиты. Каково наше намерение: принизить, укоротить, уничтожить жизнь или защитить, помочь жизни и поддержать ее?
Вот цель, которая мне особенно нравится: несмотря на самые непреодолимые трудности, без отрицания и подавления обрести ощущение жизни, радость и вкус к ней. Без нигилизма и дьявольщины, просто и осознанно, пережить свое перевоплощение, стараясь не попасть в привычные ловушки: зацикленность на привычках, принципах и старых залеченных или незалеченных ранах и бегство в идеализацию или бестелесную духовность.
Мы часто не можем избавиться от своих «нужно», которые были сформулированы очень давно и с тех пор не обновлялись. Если «нужно» не подразумевает «мне действительно хотелось бы», значит, оно устарело и ближе к непроизвольному рефлексу, чем к ответственной осознанности.
Часто мы неосознанно отдаем предпочтение клетке, привычной жердочке, а не свободному выбору, возможности вылететь через открытую дверцу. А ведь дверца открыта, широко открыта <...> Отчего так? Не оттого ли, что свобода пугает нас больше, чем принуждение?
Осознание и выражение своей потребности, ее дифференциация от ожиданий по отношению к партнеру, с одной стороны, открывает перед нами возможность разнообразных решений, в числе которых может быть вмешательство партнера, но не только оно, а с другой стороны, обеспечивает свободу партнера, то есть возможность сказать: «Я понимаю твою потребность, и в то же время у меня – другая потребность. Что мы можем сделать, чтобы позаботиться о той и другой? Чтобы твоя потребность не была удовлетворена за счет моей, а моя – за счет твоей?»
Свобода не предполагает возможности делать все что угодно, а, скорее, иметь возможность делать то, что ты решил сделать.
Чтобы непринужденно общаться, мы должны быть уверенными, что если другой говорит «да», то это «да», а если он говорит «нет», то это «нет».
Называя потребность, мы, с одной стороны, проясняем то, что знаем о себе, и полностью берем на себя ответственность за свои переживания, с другой стороны, мы информируем партнера о том, что происходит, уважая при этом его свободу и его ответственность. Мы предлагаем ему взять на себя ответственность, а не покориться. Мы приглашаем его к диалогу с самим собой, не исключающему связи с нами.
Только взяв на себя ответственность за сделанный выбор или за то, как мы используем свое время, мы становимся способными изменить все, что нам хотелось бы изменить.
Если мы не можем дать себе соразмерную, справедливую оценку, велик риск, что мы проведем свою жизнь в отчаянном поиске несоразмерной оценки со стороны других.
<...> чаще всего мы не разбираемся в своих потребностях и руководствуемся привычкой или долгом, «потому что так надо... у меня нет выбора», и скоро наш партнер или дело, которым мы занимаемся, воспринимается нами, как помеха быть самими собой. Кроме того, партнеру приходится расплачиваться. Открыто или скрытно запускается процесс насилия. Если мы не спеша разберемся в себе, то дадим себе возможность полностью отдаваться тому, что мы делаем.
Я часто слышу такое заявление: «И вы верите, что возможно быть собой, если у меня есть супруг, дети, начальник, родители... Все это мешает мне быть собой!» Конечно нет, это не «все», что мешает нам быть самими собой. Что нам мешает, так это то, как мы сами «все это» видим, как мы переживаем свои отношения. Что мешает нам быть самими собой, так это то, что наши потребности в безопасности и доверии не встретили должного внимания, чтобы развиться и позволить легче пережить «все это».
Позволить существовать всем частицам нашей души, а не подавлять одну из них – значит начать жить. Если мы подавляем частицу самих себя, не принимая ее, мы сохраняем в себе эту забитую до смерти частицу, на которой мы не поставили крест, поскольку не позволили ей жить. Тогда эта забитая до смерти частица всей своей тяжестью давит на живые частицы нашей души и губит нашу энергию.
Я полагаю, что мы по привычке говорим: «У меня нет выбора» – точно так же, как мы говорим: «У меня нет времени». Если бы мы лучше осознали свои потребности, нам стало бы ясно, что мы сами расставляем приоритеты. И это, бесспорно, отражается на том, как мы используем свое время.