29 сентября 2026, вторник
Раздел

Вера Камша

339 цитат

Вера Камша — лучшие цитаты, афоризмы и высказывания автора.

— А меня пугает положение в центре страны. — Ойген Райнштайнер шуток по-прежнему не понимал и понимать не собирался. — Я совершенно не нахожу причины, вынудившей Первого маршала Талига сдаться. И ещё меньше могу объяснить, что побудило его покинуть Урготеллу. Я могу представить, чем руководствуется Дриксен, поэтому здесь я спокоен, но я не в состоянии понять, как человек со столь безупречной репутацией, как герцог Алва, совершает противоречащий здравому смыслу поступок. Я сказал что-то смешное? — Прости, — смешливость не то свойство, которым следует злоупотреблять при дружбе с бергерами, — меня поразило, что ты назвал Алву человеком с безупречной репутацией. — Но это так, — в голубых глазах не было ни тени смеха. — Первый маршал Талига не проиграл ни одной военной кампании и не принял ни одного решения, впоследствии себя не оправдавшего. То, что он делает, всегда разумно, достаточно вспомнить летнюю кампанию 387 года. — Ты говоришь об убийстве Карлиона? — на всякий случай уточнил Жермон. — Разумеется, — подтвердил бергер. — Положение требовало немедленного вмешательства, Грегори Карлион этому препятствовал, его следовало устранить. Передай мне соль, пожалуйста...
– Когда мы к обоюдному удовольствию расстанемся, вы с чистой совестью можете проигрывать любым обезьянам любые кольца и падать во все лужи подряд, но пока вы при мне, вы чужой добычей не станете. И передайте это вашим приятелям. – Я никогда такого не скажу!... Я не трус! – выпалил Дикон и осёкся. – Зато другие – трусы, – припечатал Алва, – как Человек Чести вы должны предупредить их об опасности. Впрочем, можете не предупреждать, это даже веселее.
— Рокэ Алва · книга
– Ваше величество. – Ну почему она за сорок с лишним лет не научилась краснеть, как бы это пригодилось! – Я… Айрис Окделл никогда не уронит честь семьи. Не уронит она, как же… Просто герцог поднимать не стал, зачем ему такое счастье?
— Луиза Арамона · книга
Для того чтобы загонять оленей, есть гончие. Охотник, который лает сам, вызовет удивление. Ваше величество, на ваших плечах лежит ноша, которую никто, кроме короля, не может поднять. Отдайте то, что по силам другим, полководцам, сановникам, священникам. Ни император Гайифы, ни кесарь Дриксен не водят войска лично, только Хайнрих сам командует своими голодранцами, но всем известна его скупость. Всем честным талигойцам будет горько, если гайифцы и дриксенцы станут смеяться над моим королем, а они будут.
— Маркус Фарнэби · книга
Недоброжелатели утверждали, что тессорий настолько любит деньги, что даже не ворует – такое умиление у него вызывает вид королевской казны.
«Каммористы» больше не будет. У тебя не будет, а у других будет всё, и пусть! Пусть живут! Твоя смерть — она ведь только твоя!
– Я, кажется, слышал слово «пистолет». – Ерунда, – махнул рукой Вейзель. – Манрик поспорил с Савиньяком, что собьёт из его пистолета воробья с соседней крыши, но промахнулся. – Всё дело в пистолете, – стоял на своём проигравший. Рокэ шагнул к Эмилю. – Пистолет! Кавалерист с готовностью протянул Алве оружие; он молчал, но чёрные глаза смеялись. Рокэ взял пистолет правой, переложил в левую и, почти не глядя, пальнул в сторону окна. Комната наполнилась пороховым дымом, но стоявшая на подоконнике бутылка не пострадала. – Видите, – удовлетворённо произнёс Леонард Манрик, – из дурного пистолета промахнётся даже лучший стрелок. – Верно и обратное, – Алва бросил злополучное оружие на стол, – дурной стрелок промахнётся даже из лучшего пистолета. Ответить Манрик не успел. Савиньяк с воплем «Леворукий, и все твари его, вот это выстрел!» – вытянул руку в направлении камина. Три свечи, стоявшие на каминной полке, погасли.
— Рокэ Алва · книга
– ... То, что вы затеяли, – безумие. – Несомненно, – согласился Проэмперадор. – Как сказал не помню кто, вопрос в том, достаточно ли это безумно, чтобы сработать.
— Курт Вейзель · книга
Робер Эпинэ дорого бы дал, чтоб не слышать, что несёт Альдо, но затыкать уши на Высоком Совете – это слишком. Даже для Первого маршала.
Однажды Леонард попробовал поговорить с родителем. После дуэли с Савиньяком. Тессорий пришёл узнать, как себя чувствует сын. Сына лихорадило, к тому же лекарь напоил его горячим вином, и плотину прорвало. Он сказал, что хочет в отставку, а в ответ услышал, что в нём говорит жар, но когда он придёт в себя, ему будет стыдно за свою трусость. Трусость… Это был чуть ли не единственный случай, когда он ее преодолел.
Король замолчал, и Алан был этому рад. Он искренне любил и уважал Эрнани Ракана, но в последнее время тот часто говорил вещи, от которых по спине бежали мурашки. Воин до мозга костей, Окделл знал – нет ничего хуже, чем признать себя побеждённым ещё до сражения, а талигойский монарх в поражении не сомневался.
– Не пожелай Арно «губить мою юность», он бы именно это и сделал… – Что сделал? – не понял Робер. – Погубил. Юность. Молодость. Жизнь. Потому что мне был нужен только он, Арно Савиньяк! На день, на год, на сколько выйдет, но только он!
Пусть Марианна живёт, пусть она встретит старость, счастливую и незаметную, пусть к ней придет тот, кто заберёт её у барона и кому барон с легкой душой вверит женщину, за которую отвечал… Этот, новый, не подведёт – не умрёт, не разорится, не разлюбит. – Будь счастлива, любовь моя. Пусть без меня, но будь жива и счастлива!
— Робер Эпинэ · книга
— Только не вздумайте вообразить, что я исполнен благодати. Когда мы расстанемся, вы с чистой совестью можете проигрывать любым обезьянам любые кольца и падать во все лужи подряд, но пока вы при мне, вы чужой добычей не станете. Так и передайте вашим приятелям. — Я никогда такого не скажу. Я не трус, — выпалил Дикон и осекся. — Зато другие трусы, — припечатал Алва, — как Человек Чести вы должны предупредить их об опасности. Впрочем, можете не предупреждать. Так даже веселее.
— Рокэ Алва · книга