Запад исходит из презумпции виновности России. Россия должна объяснить то, что мы вообще не признаем. Мы должны им верить на слово? Им, патентованным лжецам? После уничтожения Ирака кто поверит Америке и НАТО? После всего, что сейчас рассказывает американская пресса о 20 лет нахождения в Афганистане. О колоссальном наборе лжи, которая сопровождала все эти 20 лет. Они говорят, что мы должны им верить. А был случай, когда они нас не обманывали?
Мы так весело обо всем говорим, а жизнь на самом деле суровая штука. Что значит цена на газ такая высокая? Это значит, что в тех странах, которые не позаботились заранее, у которых не долгосрочные отношения, цены на все растут. Огромное количество людей оказывается без работы. Закрываются заводы, которые непосредственно использовали этот газ. Целые цепочки рушатся. Начинается эффект домино. А зима будет холодной.
Вопрос в другом. Демократия регулярно дает сбои. Приводя жутких душителей той же демократии к власти. — Так это и есть сменяемость — реплика реплика Дмитрия Дробницкого — Конечно, о чем и речь. Они прекрасно знают гибельность обновления системы. Поэтому они пытаются регулярно нам засунуть этот проект, нам постоянно говорят, что самое важное, что есть в демократии — это сменяемость власти. Что важнее? — воля народа или навязанный непонятно кем постулат о необходимости сменяемости?
Наша трагедия в том, что... Давайте попробуем назвать великих философов. Мы будем с трудом думать. и когда назовем несколько имен, выяснится, что нет школ, которые они представляют. Т.е. распалась традиция осмысления общественных процессов, происходящих в мире. Мы пользуемся устаревшим аппаратом, пытаемся натянуть его на принципиально иные изменения. Мы не можем остановиться и подумать. Потому что есть задачи, которые прагматично надо решать. Вот почему пошло сейчас полевение? Коронавирус. Стало ясно, что нельзя решить общие проблемы здравоохранения в условиях массового психоза реального заболевания и сбоя всех систем. И вот частный сектор, капиталист говорит: я себя защищу, я себе построю, а вы все меня не трогайте. Это не работает.
— Нормально организованное государство должно предоставить своим гражданам три базовые вещи: безопасность, справедливость, развитие. (реплика С. Станкевича) — Справедливость или законность? Потому что например какая-нибудь испанская корона изгоняла евреев, я думаю, что население Испании аплодировало. Когда были религиозные войны во Франции, часть населения считала, что это справедливо. Мало того, мы видим, как во многих странах за тысячелетнюю историю никакая демократия не вырастает, какие бы фиговые листочки они на себя ни напяливали. Может, нужно отказаться от доктрины, что все равно все кончится демократией. Самого понятия демократия как такового больше нет. Вы,. Станкевич, предлагаете набор, который сейчас не работает. Эта модель устарела. Максимальная справедливость, безопасность и прочее давала ливийская джамахирия. Там был самый высокий уровень жизни, была безопасность и все прочее.
Прелесть в другом. Что не надо учитывать мнение общества. Надо его формировать и навязывать. надо закладывать алгоритмы, позволяющие обществу думать, что оно само мыслит в интересах заложивших алгоритм. Это то, что Запад осуществляет. Забудьте вы вообще о пропаганде. Вы не понимаете уровень трагедии. Это то, о чем сегодня говорили американцы. Выяснилось, что закладываемые алгоритмы фейсбук... Пропаганда кончилась. Таргетирование и создание образа желаемого, которое формирует новое поколение помимо своей воли. Выяснилось, что за счет фейсбука у огромного количества детей сложились комплексы анорексии и все прочее. Поддерживался разлад отношений с родителями. Т.е. они идут гораздо сложнее. Не надо никакой жесткой пропаганды от государства. Неизвестно кто ставит социальным сетям задачу, непрозрачность, и алгоритмы воспитывают удобного, послушного, который будет выдавать желаемое, наивно думая, что это его мысль. Вот что гораздо страшнее. Китай контролирует свои социальные сети. Они воспитываю поколение, у которого есть внутренний барьер. Мы в этом плане наиболее уязвимы. Потому что наша молодежь растет под воздействием социальных сетей, которые принимают чужие алгоритмы, чужие взгляды, и мы не знаем чьи.
— Вопрос, который волновал многих — что же у нас там с энергетическим оружием? Использует ли Россия энергию как оружие? — Россия вообще не использует никакого оружия. Если вы обратили внимание. А что касается экономики, где мы используем оружие? В каких конфликтах мы участвуем? А что касается экономики, то это вообще исключено. Даже в самые сложные периоды холодной войны Россия регулярно, на постоянной основе, полностью исполняя свои контрактные обязательства, поставляла газ в Европу. Кстати, тогда ваши (обращаясь к журналистке) соотечественники в США тоже боролись с этим проектом трубы в обмен на газ. Но тогдашнее руководство федеративной республики все же настояло на своем, реализовало этот проект, он действует до сих пор, активно участвует в энерго-балансе Европы. Вот это и есть как раз политически мотивированная болтовня. Которая не имеет под собой никаких оснований, что касается использование энергетики в качестве какого-то оружия. Газпром увеличил поставки газа в Европу процентов на 10. Я хочу подчеркнуть: не было ни одного случая, чтобы наши кампании отказались выполнять запросы наших партнеров по увеличению поставок. даже в сложные осенне-зимние периоды прошлых лет, если наши партнеры просили увеличить поставки даже сверх контрактных обязательств, мы всегда это делали. И делаем сейчас. Хочу обратить ваше внимание и на другое обстоятельство. Поставки американского СПГ уплыли из Европы в Азию. Когда сложилась соответствующая ценовая конъюнктура. Так кто использует энергетические инструменты в своих целях? Мы или кто-то другой? Это вещи открытые. Надо только заглянуть в интернет. Там все есть. А вы обвиняете Россию в использовании энергоресурсов в качестве оружия. Это чушь, бред, политически мотивированная болтовня, не имеющая под собой никаких оснований.
В ответ на действия НАТО мы приостанавливаем работу своего постоянного представительства при НАТО, в том числе главного военного представителя. Во вторых, мы приостанавливаем деятельность военной миссии связи НАТО в Москве, аккредитацию ее сотрудников. И в третьих, прекращается деятельность информационного бюро НАТО в Москве, которое было учреждено при посольстве королевства Бельгии. Никакого объяснения причин подобного шага не сделано. И за несколько дней до объявления этого решения мы встречались с г. Столтенбергом, в Нью-Йорке. (речь идет о сокращении нашей миссии, когда наших восьмерых выгнали. Он всячески подчеркивал искреннюю, как он говорил, заинтересованность Северо-Атлантического альянса в нормализации отношений с Российской Федерацией в интересах де-эскалации напряженности на европейском континенте. Мы не особенно удивились. Численность нашего представительства при НАТО уже за последние годы сокращалась дважды, по настоянию натовцев, в 2015 и 2018 годах. С 2014 года НАТО предельно сократило любые контакты с нашим представительством, объявило о полном прекращении практического сотрудничества в гражданских и военных областях. Ввели запретительный режим для наших дипломатов. Что касается посещения штаб-квартиры НАТО, контакты без посещения поддерживать невозможно, ввели запретительный режим для связи с международным секретариатом НАТО. Все это подтверждает, что ни в каком равноправном диалоге, ни в какой совместной работе НАТО не заинтересовано. Но если это так, то конечно, мы не видим большой необходимости в том, чтобы продолжать делать вид, что какие-то перемены в обозримом будущем возможны, потому что НАТО уже по сути дела заявило о невозможности таких перемен.
Если мы говорим, что появляется все больше страт, тогда ясно, что в конечном счете эти страты уничтожают границы. И здесь начинается обратное. Культура — это всегда заборы. территория культуры невозможна без ограничений. Когда мы говорим о демократии, твоя, Злобин, формула — де-факто анархия, броуновское движение. Мы здесь говорим об эффективности управления системой. Система нужна для обеспечения принципиально важных задач, стоящих перед всеми. Например. Ты можешь думать все что угодно, но вот есть, например, голод, война, болезни. Наступает консенсус, и его надо решать. Вот например, идет в России гражданская война. Часть территории под оккупацией, банд батьков ангелов штук пять, махновцы, антоновцы. У тебя уж такая в современном понимании демократия, что мама не горюй! Просто сумасшедший дом. Каждый кто с маузером — уже государство. Вот у тебя Новый Орлеан затопило. И моментально вся демократия куда-то делась, куда-то исчезла территория закона, и никакие интересы меньшинств никто не защищает. Есть еще особенность человеческой натуры. И зачастую необходимость государства — бороться с низменными проявлениями человеческой натуры. Главная задача государства — не построение рая, а недопущение ада.
Что такое были репрессии 30-х годов? Это же было продолжение гражданской войны. Это была борьба за власть. Это была контр-революция. Когда были уничтожены все революционеры 1917 года. При этом было ясно: если бы не их Сталин, они бы Сталина. Мало того, они сначала еще и друг друга уничтожали.
Я просто подумал: какой же позор! Когда такой великой страной управляло такое создание как Михаил Горбачев. Безграмотный, неспособный сделать ни одного ударения. С ужасающей, неструктурированной русской речью. И как все в него были влюблены. Хуже не было никого. Ни до, ни после.
Речь уже не о внутри-страновых, не о внутри-блоковых, речь о природе человека и будущем человека и человечества. О том, кто такой человек, как меняется человек. Как осмыслить. На место монотеистических религий пришел пришел воинственный либерализм, подменивший истинное понятие либерального, и следующее столкновение, которое будет, когда борцы за новую мораль пойдут уничтожать традиционные религии. Они уже подошли к этому вплотную. Концепция мира, которую излагает Н. В. Злобин, это типичное англосаксонское представление о том, что окружающий мир делится делится на два: ты либо хищник, либо пища. И любая политика сводится к тому, чтобы твоему соседу было плохо, но тебе хорошо. Я не говорю, что это хорошо или плохо. Я просто констатирую. Это Макиавелли. Который исходит из постулата порочности человеческой природы. Это все сводится к человеческой природе. Сейчас идет вопрос о том, что есть человеческая природа. Проблема в том, что за последние сто лет вопрос об улучшении человеческой не породы, что преступная игра с генетикой, а природы, т.е. о душе, не ведется. Потому что последнее время речь идет о потакании пороку, а не о совершенствовании человека. И в этом особенность. Здесь вопрос ценностный, и он очень важен. Это о чем говорил Путин, и не многие его услышали. Именно о том, что такое человек. Почему у нас стало так много богоборчества? Потому что изначально если у тебя нет концепции религии, у тебя нет концепции греха.
Информационное поле зачастую напоминает море. И — барашки, барашки, барашки... Разные мнения, взгляды. А дальше, представьте, что взошла луна, и выхватывает лунную дорожку. И тебе начинает казаться, что есть некая упорядоченность, и ты ей следуешь. В том информационном поле, которое сейчас есть, при желании можно найти подтверждение практически любой точке зрения. И можно выстроить свою концепцию и найти подтверждение своим взглядам в самых разных СМИ. Ну например те, кто ненавидят Россию, могут найти после выступления Путина на Валдае определенное количество откликов, где будет сказано, что все не так. Другие скажут наоборот. И когда мы говорим, что так или иначе отреагировала та или иная пресса, это всегда некая условность. Т.е. тяжело называть прессу американской, австралийской... Это зачастую очень разные политические взгляды. Это показывает, насколько фрагментарно устроен мир. И насколько тяжело в этом фрагментарно устроенном мире людям не то чтобы найти ориентиры, но найти единомышленников. Мало того, современные информационные технологии создают индивидуальный рай и ад для каждого. Очень легко окружить человека таким новостным полем, чтобы ему казалось, что все чувствуют так, как он. Одна дама сказала: открываешь фейсбук — революция есть. Закрываешь фейсбук — революции нет. Когда есть друзья, формируются какие-то круги, кажется, что все «за». Или — «против». Но мир гораздо богаче. Но когда от этого многообразия, постепенно разгребая все эти эмоциональные наслоения, доходить до сути, вот здесь начинается самое интересное. И в конечном итоге здесь определяется, что информированность наивно воспринимают как истинное знание. Наивно думая, что если они знают где посмотреть, это означает, что они смогут и проанализировать. И возможность получить любую информацию не означает возможность сделать правильные выводы. И само понятие правильность выводов очень сложно подтвердить, потому что на протяжении одного года тебе кажется, что выводы правильные, а вдруг через 15 лет выясняется, что это привело тебя к трагическим последствиям. Да, действительно в Америке есть те, которые придерживаются традиционалистских, консервативных взглядов, и они нашли много созвучного в том, что говорил Путин на Валдае. И в США многие согласны. Потому что видят, как новая идеология уничтожает те ценности, которые для них были основополагающими. На которых, как они считали, строилась Америка. С другой стороны, есть понимание в той же Америке, что этот бронепоезд можно остановить.
Когда я слушаю своих дорогих гостей, возникают внутренние вопросы. Зачастую я сталкиваюсь с тем, что в мире искусство дискуссии перешло в стадию «Давайте сразу переходить к оскорблениям». Задают миллион вопросов «А вот у вас...». И дальше разговор становится бессмысленным. Потому что интеллектуальные дискуссии, которые ведутся с позиции изначального превосходства, на них бессмысленны. При этом если посмотреть, то зачастую идеи, которые изменяли мир, отнюдь не возникали в странах с самым выдающимся экономическим, военно-политическим и любым другим запалом. Т.е. жизнь идей очень сильно отличается от внутреннего представления элит что они вершители всего, в том числе и того, как люди мыслят. Думать — это вообще забытое искусство. Потому что требует некоей возможности остановиться. И не бояться последствий своих раздумий. Что довольно сложно.
Вообще Запад, кажется, взял на себя повышенные обязательства подтвердить правоту всех последних заявлений Путина. на Валдае президент сказал, что существующая модель капитализма исчерпала себя, роль государств сегодня очень велика. Глобализация не выдержала пандемии. Буквально тут же старший советник Госдепа США заявляет, что Россия может и должна нарастить поставки газа в Европу сверх закантрактованных объемов. Кому мы должны? А как же рыночная экономика? А где декларируемая Западом свобода слова? Вашингтон обвиняет фейсбук во вмешательстве в политику. Цукерберг уже требует гос-регулирования в медийной политике фейсбука. То, что сказал американский гражданин, просто фантастично. Это называется: каждое слово я понял, но вместе они не складываются. Амос Хохштейн (цитата) " У меня нет сомнения, и это подтвердило МЭА, что единственным поставщиком, способным в настоящее время крупным образом повлиять на европейскую энергетическую безопасность нынешней зимой, является Россия. Они могут увеличить объем поставок. Им следует это сделать быстро и по существующим трубопроводам. Если у России есть газ для поставок во Северному потоку -2, как они говорят, значит у них есть газ для поставок через украинскую ГТС. Думаю, США направляет значительные объемы сжиженного природного газа на рынок. Американское правительство не дает указаний нашим кампаниям кому продавать. Мы предоставляем лицензирование как для стран соглашения о свободной торговле, так и для стран, не входящих в соглашение о свободной торговле. Так что я не в том положении, чтобы указывать кампаниям кому продавать."(Конец цитаты) А почему же ты не можешь указывать своим кампаниям, а указываешь нашему государству? Не надо так обидно говорить. У нас Газпром тоже кампания. Продажей занимается не правительство, а акционерное общество. В котором много известных инвесторов. И не российских в том числе. Если рынок для всех, то он для всех. Как можно приказать государству кому продавать, если это не выгодно? Вон у Газпрома гигантские поставки в Китай. Они же не должны продавать себе в убыток. Путин четко и ясно сказал: ребята, очнитесь. Заключайте контракты, дальше будем все делать. Псаки тоже сегодня порадовала заявлением по поводу фейсбука. Т.е. Амос не может указывать что делать нефтяным кампаниям, а соц-сетям Белый дом может указывать? Так рынок или государство?
Вы, Мария Бутина, сейчас точно описали модель существования Америки. Но вопрос, какую модель существования найти нам? Потому что нравится или нет, но мы живем в экономической парадигме и в экономических законах рынка, предложенных нам в 90-е годы. Как вчера говорил Михаил Хазин, там можно рассмотреть три разных капитализма, которые у нас на сегодня присутствуют. Нам надо определить для себя, куда идем мы. Хорошо, у нас государство сильное, а эта сила в чем? Во что она должна конвертироваться? Медицина... Коронавирус... Москва справляется. А там, где работает региональная модель, и региональное финансирование, выясняется, что беда. О чем на этой передаче предупреждали много лет. Невозможно, исходя из идеалов 90-х, делать так, чтобы образование и медицина были на региональных бюджетах. Значит, государству надо быстро и эффективно перестраиваться.