Летят журавли

Забудьте прошлое, человеку свойственно забывать многое.

Подумаешь, невеста сбежала! Радоваться должен. Копейка ей цена, если такого красавца, настоящего героя, на какую-то тыловую крысу променяла! Это она свое счастье потеряла, а не он! Так ей и надо! Недостойна! Мелкая у нее душонка! Разве понимают они, какие крестные муки вы несете за них же? Ты против самого страшного выстоял, против смерти. В глаза ее видел, сам на неё грудью шел, а она ничтожного испытания временем не выдержала. Таким, как она, всеобщее наше мужское презрение! Нет им прощения!

Любовь — взаимное головокружение.

Дорогие матери, отцы, братья и сестры! Счастье нашей встречи безмерно. Ликует сердце каждого советского человека. Радость поет в сердцах! Эту радость нам принесла победа. Мы все ждали этих счастливых минут. Все от радости головы потеряли. Но мы не забудем тех, кто остался на полях великих битв. Пройдет время, люди отстроят города, деревни. Зарубцуются наши раны, но никогда не угаснет лютая ненависть к войне! Мы глубоко чувствуем горе тех, кто сегодня не может встретить своих близких. И мы сделаем все, чтобы будущие невесты никогда не теряли женихов, чтобы матери не дрожали за жизнь своих детей, чтобы мужественные отцы не глотали украдкой слезы. Мы победили и остались жить не во имя разрушений, а во имя созидания новой жизни!

Если дети не обгонят родителей, значит, родители плохи, и дети балбесы.

— Противный он. — Мне он, может, еще противнее, да ничего не поделать, начальство. — Почему ты так лебезишь перед ним? — Милая Вероника, так же нельзя. Ты все время какая-то нервная, придирчивая. Скажи мне, что для тебя сделать? — Чтобы тебя никогда не было на свете.

Кто не вернется, тем памятник до неба, и каждое имя золотом.

— Не ревнуешь? — Некогда.

Журавлики-кораблики Летят под небесами, И белые, и серые, И с длинными носами!

Моя единственная, поздравляю с твоим днем рождения... В этот день ты появилась на свет. Уйти от тебя трудно. Но что же делать, иначе нельзя. Война! Это необходимо. Нельзя жить прежней жизнью и веселиться, когда по нашей земле идет смерть. Мы еще будем счастливы. Люблю, верю в тебя. Твой Борис.

— Жизнь на земном шаре еще не устроена так складно, как бы нам этого хотелось. Вот ты идешь на войну, Борис... — Ну давайте выпьем. — За тебя.

— А что ты мне подаришь? — Секрет. — Если что-то вкусное, я сразу съем и скоро забуду. Подари мне что-то на долгую память, чтобы помнить до самой старости.

— А я не хочу забывать! Мне этого не надо! — Ну нельзя же самого себя всю жизнь казнить за ошибки! — Надо! До конца!

Ждать! Опять ждать! Я и так все время чего-то жду, жду! Хватит!

— Почему вы не прогнали меня тогда же? — С тобой случилось несчастье. Осуждать тебя может только тот, кто способен совершить худшее. Оставайся.

— Ты думаешь, что кому-нибудь сына на войну отправлять хочется? — Ты о чем? — Или ты считаешь, что за твое благополучие, за твою жизнь кто-то должен терять руки, ноги, глаза, челюсти, жизни?! А ты — ни за кого и ничто?